Путь изгоя

  — Бросьте Вы эти формальности! — махает та рукой, — Ваше имя я знаю, а Вы можете звать меня Самантой.
  — И что же Вам угодно, Саманта?
  — Видите ли, — девушка понижает голос до шепота, в нем появляются очень интересные нотки, — я тоже немного интересуюсь темной магией. И я подумала, что мы могли бы как-нибудь посидеть вместе, побеседовать за бокалом вина.
  Хм, меня соблазняют или провоцируют? Впрочем, ни в том ни в другом случае добром это не кончится. nbsp;
  — Саманта, если Вы интересуетесь темной магией, и при этом до сих пор на свободе, то либо Вы агент безопасников, либо невероятно удачливы. Во втором случае, Вы просто привлечете к себе излишнее внимание Белого Совета. Увы, я совершенно не разбираюсь в темных искусствах. В Академии я изучаю исключительно магию разума.
  Кажется, девушка обиделась на мою отповедь, но вслух возмущаться не стала. Просто отошла к соседнему столику и сделала вид, что мы не знакомы.
  В течение вечера я еще несколько раз потанцевал с Лилианой, пару раз ее уводил в круг кто-то из кавалеров. Я с другими девушками не танцевал. Наблюдать было интереснее.
  Праздник закончился только к трем часам ночи. Я помог засыпающей на ходу Лилиане выбраться из кареты и передал ее Кристу с рук на руки. Перед этим еще успел согласовать планы на завтра. Сам я больше устал морально, чем физически, но спал как убитый.
  В последний день праздника мы просто гуляли по городу, смотрели выступления бродячих артистов, любовались цветочными композициями на одной из площадей, грелись горячим вином и просто наслаждались атмосферой всеобщего веселья. Случайно встреченные на улице Элиза и Темис тут же потащили нас на выступление какого-то Ги. Как сказал рыжий: «Тебе понравится — он еще более безумен, чем ты».
  Шумный зал таверны встретил нас веселой песенкой про ведьму. Довольно смело для столицы светлых магов. Темис, видимо, тут был частым гостем, так как столик нам нашли сразу же. А по залу тем временем неслось веселое
  Плюнуть или каяться —
  Кто же разберет?
  Кто не испугается —
  В жены пусть берет!
  — Интересный персонаж! — я разглядываю исполнительницу. Нечто эльфообразное, с длинными черными волосами. В мужском костюме, надо сказать. То ли девушка, то ли смазливый парень лет двадцати пяти на вид. Покрой короткой курточки не позволяет понять — есть там грудь или нет. — Это вообще парень или девушка?
  — О, это великая тайна! — смеется Темис, — пока еще никто не выяснил точно!
  — Ни одна девушка не оденется подобным образом! — возмущается Лилиана.
  — Видел я одну магичку, чей рабочий наряд еще более вызывающ. Так что не факт, — и уже Темису, — А просто поймать и спустить штаны?
  — Пока еще никому не удавалось! Говорят, она действительно ведьма. Или он.
  — Ведьма — это темная магичка? — уточняю я.
  — Вроде того.
  Согрешишь — покаешься,
  И пойдешь домой;
  Песне улыбаешься —
  Значит, будешь мой! [1]
  Завершается песня.
  Под озорную «песенку актриски» мы выясняем, что Темис все-таки пристроил Элизу в ученицы какой-то местной знаменитости. И теперь наставница запрещает скрипачке выступать на улицах. Элиза извинилась за то, что не может больше присутствовать на наших уроках танцев. Взамен она пригласила нас на свой первый концерт, когда тот все-таки состоится.
  А тем временем на сцене поприбавилось музыкантов. Зазвучавшая музыка действительно не походила ни на что, слышанное ранее. Дикая, резкая мелодия с четким ритмом ударных совершенно не походила на местные баллады. В облике Ги действительно появилось нечто демоническое.
  Это не любовь,
  Это Дикая Охота на тебя,
  Стынет красный сок,
  Где-то вдалеке призывный клич трубят,
  Это — марш бросок,
  Подпороговые чувства правят бал,
  Это не любовь,
  Ты ведь ночью не Святую Деву звал!
  Ты ведь ночью не Святую Деву звал![2]
  Ги двигался (двигалась?) по залу, провоцируя слушателей мужского пола, то пытаясь их обнять, то присаживаясь на колени. Но при этом, ни одному так и не удалось к ней прикоснуться. Она была подобна языку черного пламени. Алкоголь слегка туманит голову, а музыка горячит кровь. Я перехватываю Ги и, закрутив вокруг оси, пытаюсь прижать к себе. Довести движение до конца не получилось — в горло мне упирается лезвие ножа. И как только успела?
  — Не боишься, малыш? — мурлыкает Ги, — я ведь ведьма.
  На секунду выпускаю тьму.
  — Да ты вообще не маг. — Усмехаюсь я, раскручивая девушку в обратную сторону. Та с удивлением смотрит на пустую рукоять ножа, потом на меня. Изображаю самую широкую улыбку, на которую способен, и сажусь на место.
  —