Попасть в мир меча и магии – что может быть интереснее! А если ты единственный темный маг в государстве светлых? Более того – абсолютный враг, который, по мнению большинства, собирается этот мир разрушить. И никого не волнует, кто ты на самом деле и чего хочешь. Да еще и подаренная непонятно кем магическая сила оказалась с большим подвохом. Что же делать? Бороться с общественным мнением? Бороться с собой? Или плюнуть на все, приняв правила игры, в надежде пройти по тонкой нити между смертью и безумием? Качество: Litres
Авторы: Катюричев Михаил Сергеевич
наручи и собственно лезвие прижатого к моему горлу клинка падают на землю. Перерезать все ремешки было не сложно — мужик стоял очень близко. Сложнее при этом было не задеть тело. Кто знает, какие тут обычаи. Начинать знакомство с кровопролития мне не улыбается.
— Шер, он тебя сделал! — сквозь громовой хохот доносится чей-то радостный вопль.
Меня хлопают по спине, усаживают за стол и тут же подвигают кружку с пивом. На удивление неплохим. Народ веселится. Только один человек смотрит на меня хмуро и подозрительно. Ага, понятно — это местный маг. Слабенький водяник.
— Знакомься, — ко мне подсаживается Ги, — это наемники Брегана. Мои друзья, можно сказать. Сам Бреган — это вон тот лысый дядька с седыми усами. Еще Шер, Весельчак, Молот, мэтр Ингле, Тарсунд и остальные.
— А как зовут твоего товарища? — спрашивает кто-то, кажется, это Тарсунд.
— Понятия не имею! — весело отвечает Ги, — знаю, что он вроде как маг и большой поклонник моих песен!
— Меня зовут Даркин, я действительно маг, — демонстрирую всем кольцо Академии, — правда, темный.
— Что, правда?! — изумляется сидящий напротив Весельчак, — а покажи что-нибудь.
— Я маг, а не фокусник.
-На темного мага ты откровенно не тянешь, — задумчиво осматривает меня Ги, — на ремесленника скорее похож. Для наемника ты слишком… нежный, что ли.
— А как по-твоему должен выглядеть черный маг? — удивляюсь я, — высокий, бледный, черноволосый. С изысканными манерами аристократа, безумным взглядом и презрительной усмешкой. Непременно в черном балахоне, расшитом магическими закорючками и с резным посохом. Еще желателен выводок скелетов в сопровождение и какую-нибудь милую штучку, вроде чаши из черепа младенца. Так что ли?
— Ну, вроде того, — смущается Ги.
— Тогда ты похож на черного мага гораздо больше, — улыбаюсь я.
— Только колдовать не умею.
— Да и не надо. Зато поешь хорошо.
— Спой, Ги. — голос у Молота похож на рокот далекого горного обвала. Да и сам он напоминает кусок скалы — огромный, мрачный и угловатый.
Ги не ломается и достает инструмент.
Нам наплевать на то, что думают другие про нас,
На гнев богов мы просто машем рукой! Ты нынче платишь — ну так что же,
Мы с тобою сейчас,
А завтра с нами будет кто-то другой.
Путем интриги, морем крови мы стремимся туда,
Где чье-то золото призывно блестит;
Из низких истин нам дороже
Только эта одна:
Кто больше платит — тот в войне победит![4]
Похоже, песня наемникам была хорошо знакома. От дружного: «Предай их всех, останься верен себе!» тряслись стены. Как я выяснил, отряд наемников Брегана в мирное время занимался, в основном, сопровождением караванов. Как сухопутных, так и морских, в качестве абордажной команды. Иногда с ними путешествовал Ги. Впрочем, иногда они участвовали и в разборках между высокими семьями. Пьянка продолжалась до самого утра. Под конец пришлось мухлевать, уничтожая пиво прямо в кружке — пить я не особо силен.
На две декады меня закрутил бешеный смерч по имени Ги. Мы лазали по крышам и по самым мрачным переулкам трущоб. Пили и пели во всех тавернах города. Я узнал о жизни городского дна больше, чем за прошедшие полгода. Пока мы выбирали новый клинок для Ги, тот научил меня различать виды местной стали и определять качество проковки. Не удержавшись, я даже купил себе наручи для скрытого ношения метательных ножей и тут же получил пару уроков по их использованию. Ги был кладезем знаний, которые не получишь сидя в библиотеке. А я делился с ним музыкой. «Мельница», «КиШ», «Ария», музыка из «Гардемаринов», Высоцкий и «Лунная соната» — все встречалось с одинаковым восторгом. «Королевну» Ги даже перевел на общий и показал мне, как играть ее на риттоне (я таки выяснил, как эта местная лютнегитара называется!). Понятное дело, с первого раза ничего не получилось, но аккорды я запомнил. Что интересно, я совершенно не воспринимал Ги, как существо противоположного пола. Мы были просто товарищами. Нам и так было неплохо. А под конец Пейча Ги забрала стража. «За ведьмовство» — злорадно сказала соседская бабка.
Первым делом я хотел бежать в городскую тюрьму, но, подумав, отправился в Академию. Мэтр но-Шейн внимательно меня выслушал, уверил, что разберется, и посоветовал не пороть горячку. Неделю я метался как зверь в клетке. Даже начало нового семестра не смогло отвлечь меня от мрачных мыслей. Наконец, 24 Пейча мэтр Арман привел меня в зал, где должно было разбираться дело Ги. Собственно, народу в зале и не было. Сам судья, пара стражников, да мы с Арманом. Опекуны Ги (какие-то дальние родственники, как я понял) даже не пришли.
