Путь изгоя

только с вот этим молодым человеком. Даркин Кат, студент первого курса Академии. Темный маг.
  — Темный маг? Интересно. И что же Вы здесь делаете?
  — Даркин как-то весьма прохладно отозвался об одном из полотен маэстро Хервига и я попросила Виолетту показать ему королевскую коллекцию — поясняет Лилиана с легким поклоном.
  — Вы увлекаетесь живописью? — старик смотрит на меня изучающе.
  — Сам почти не рисую. Но ценю хорошие картины.
  — Что Вы скажете насчет этой? «Подвиг Харальда Верхера».
  На картине рыцарь на коне угрожает мечом некоему чудищу. Видимо, дракону.
  — Я не знаю этой истории, поэтому не могу оценить картину с точки зрения достоверности. На мой взгляд, здесь слишком много символизма. Вот эти мелкие людишки, разбегающиеся от дракона здесь зачем?
  — Они символизируют избавление народа от гнета ужасного монстра, — блеснула знаниями Виолетта.
  — Да? Они при этом еще и гораздо меньше фигуры героя. В результате получается, что герой бесконечно далек от народа и вообще, чтобы добраться до дракона, он всех этих спасенных втопчет в землю, судя по картинке. Уверен, что тетки с мечами над ним тоже не летали.
  — Ты придираешься! — возмущается Лилиана.
  — Ладно, оставим сюжет.
  — Да-да, продолжайте, — подбадривает меня наставник.
  — Дракон, конечно, большой. Отлично видно, что подвиг не будет легким. Пропорции человеческой фигуры соблюдены, но рыцарь слишком статичный. Он вроде и скачет, но как-то неубедительно. Лошадь тоже нарисована весьма условно. Кстати, рыцарь скачет справа налево. Что воспринимается как дорога назад и косвенно намекает на бессмысленность данного поступка. Что, скорее всего, является правдой, так как если я хоть что-то понимаю в строении живых организмов, шея данного чудовища сломана. Про то, что такое свет и тень художник явно даже не слышал.
  — Интересный разбор, — проскрипел но-Сумен, — а что Вы подразумеваете под статичностью?
  — Если позволите, я попробую показать, — и после утвердительного кивка посылаю ему «Взятие снежного городка», — согласитесь, здесь гораздо лучше передана энергия движения.
  — Очень интересный стиль. А что-нибудь еще из того, что Вам нравится?
  Демонстрирую «Портрет старика в красном» Рембрандта.
  — Да, действительно очень необычно, — кивает Маркус, — пожалуй, я знаю, что Вам понравится. Следуйте за мной.
  Мы петляем по коридорам и, наконец, оказываемся в каком-то полутемном зале. Наш проводник зажигает свечи, и я застываю в немом восхищении. Буйство стихий. Огонь и вода. И два мага застывшие напротив друг друга. Уставшие, оборванные, сил уже нет. Но неукротимая ярость и стремление в каждой черточке. Мастерство художника поражает. Прорисованные с невероятной точностью эти двое совершенно не похожи. И сразу видно — братья. Ярость огня и безумие шторма. И лицо старика, проступающее на заднем плане. Похож на обоих сразу. В глазах — боль.
  Я смотрю на картину минут пять и никак не могу оторваться. Наконец скрипучий голос наставника выдергивает меня в реальный мир.
  — Чидаро Фейри. Великий мастер из Гальдора. Сохранилось не более десятка его полотен. В Эрании всего два. Еще одно в кабинете короля, но туда мы не попадем. Говорят, он был черным магом, и его картины могут поглотить душу. Лет тридцать назад гальдорцы приговорили его к смерти, а все полотна, до которых смогли добраться, сожгли. Казнь так и не состоялась. Есть легенда, что он ушел в собственную картину. Не знаю, правда это или нет, но с тех пор Фейри так никто и не видел.
  — А вот здесь моя любимая коллекция портретов великих магов, — мастер но-Сумен ушел и Виолетта продолжила свою экскурсию.
  Меня заинтересовала одна из картин. Маг с лучами вокруг головы в окружении всякой нежити. Лицо смутно знакомое.
  — Арман. Маг черного озера. В одиночку отразил нашествие армии нежити, иссушив до дна целое озеро и обрушив его на головы атакующих. Это лет сто назад было.
  — Арман — это Арман но-Шейн?
  — Да.
  — То-то я его сразу не узнал. У него никогда не бывает такого возвышенно-дебильного выражения лица. Интересно, он сам эту картину видел?
  — А ты знаком с Арманом Черное озеро? — Принцесса смотрит на меня с надеждой. Она просто бредит магией и магами, как рассказала Лилиана.
  — Он мой куратор. Да Вы же и сами видели его на приеме, Ваше Высочество. Могли бы и подойти.
  — Я стесняюсь, — принцесса потупилась, — он же великий маг, легенда, а я кто?
  — Вы принцесса, — резонно замечает один из сопровождающих нас парней. Эта компашка вообще на удивление спокойна и немногословна.
  — Даркин, а давай ты у него спросишь про подвиги, а я просто рядом постою и послушаю,