Путь к золотому дракону

близнецы увидели, что между рядами слоняется бледный, невыспавшийся и весьма недовольный жизнью Генри Ривендейл. Вампир был самым страшным кошмаром устроителей бугурта. Он критиковал все — от стихотворных текстов до оперения стрел, от правил блазонирования до длины лэнса. Хуже всего в ситуации было то, что в оружии и турнирах наследный герцог действительно разбирался лучше многих, и ответить на его выпады частенько было нечего. Только дважды с ним осмелились вступить в спор; в первый раз Генри выиграл, в пух и прах разгромив соперника, а во второй ухитрился прийти к консенсусу, невероятно обрадовался и даже пригласил противника в родовой замок. Эллинг и Яллинг попытались раскрутить его на подробности, но Генри был краток. «Приятно видеть, что кто-то разбирается в шпагах», — лаконично заметил он и больше к этой теме не возвращался.
Сегодня ему не поглянулись кольчуги. Издалека близнецы видели, как он что-то насмешливо говорит продавцу и тот понемногу начинает злиться. Эллинг подтолкнул Яллинга локтем в бок: Ривендейл в небрежной позе остался стоять перед палаткой, а торговец исчез внутри. Вернувшись, он триумфально потряс соломенным чучелом, на которое стал немедленно натягивать предмет спора.
Генри позаимствовал на соседнем прилавке длинный лук и со скучающим видом ждал, пока чучело, одетое в кольчугу, не установят на сообразном расстоянии от него. Близнецы тем временем карабкались на пригорок, чтобы увидеть действо во всех подробностях. К сожалению, ветер относил слова в сторону, зато было прекрасно видно, как Генри натянул тетиву до груди и стрела пробила чучело насквозь. Вместе с кольчугой.
— Хорошо еще Яльги нет, — резонно заметил Эллинг.
— Хорошо, что Рихтера нет, — поправил его Яллинг.
Оба были по-своему правы. Студентка Ясица, с ее расспросами и неуемным любопытством, была бы язвой пострашнее Ривендейла, ну а магистр боевой магии вряд ли стерпел бы кольчужные портки.

Чучело отволокли обратно в палатку — что характерно, не снимая кольчуги и не вытаскивая стрелы. Зоркий Яллинг уже углядел, что в напарниках незадачливого торговца ходит самый настоящий гном. Не приходилось сомневаться, что уже на этой неделе какой-нибудь постоялый двор сменит название на «Славный стрелок» или «Стрелы Рив-э-Дейла», а сумма, полученная за право так называться и за вещественное доказательство одновременно, с лихвой покроет стоимость той несчастной кольчужки. Вот как нужно делать деньги!
У братьев аунд Лиррен были обширные планы. Они не уставали мысленно благодарить прадеда нынешнего лыкоморского государя, позволившего всем гражданам своей страны равноправно заключать и разрывать сделки. Конечно, это давало повод некоторым не самым умным людям утверждать, что их раса якобы притесняется и гномы уже захватили всю промышленность, а эльфы овладели инфраструктурами. Разумеется, это было не так. Во-первых, интересы эльфов не ограничивались инфраструктурами, а во-вторых, людей в экономике имелось очень много. Просто они были не такими заметными, и для Податного Приказа — в том числе.
А для реализации нынешних планов братьям аунд Лиррен был позарез необходим Генри Ривендейл.
Близнецы спустились с пригорка, точно подгадав тот момент, когда герцог окажется неподалеку. Благородный вампир шел в сторону Академии; был он мрачен, но доволен, причем первое объяснялось низким качеством товара, а второе — собственной проницательностью. Эллинг зашел слева, а Яллинг справа, и некоторое время они шли в почтительном молчании.
Генри выдержал не дольше минуты.
— Ну? — заинтересованно спросил он.
— А мы видели, как ты из лука стрелял! — похвастался Эллинг. — Здорово, правда, Ялле?
— Здорово, — подтвердил Яллинг. В его глазах светился почтительный восторг, и Генри мигом заподозрил неладное. — Вжик! Вжик! Стрелы аж свищут!
Увлекшись, эльф даже показал, как именно они свистели. «Не переигрывай», — одними бровями просигнализировал ему старший брат.
Слышать такое от эльфа было весьма приятно, но герцог Ривендейл недаром проучился с близнецами без малого год. У Эллинга и Яллинга всегда наготове имелся подходящий розыгрыш, и следовало быть начеку. Генри более чем хватило поединка с Яльгой, не говоря уж о ехидной песенке в ромском стиле.
— А кольчугу-то — р-раз, и готово! — продолжал Яллинг, восторженно закатывая глаза.
Было видно, что в таком вот духе эльф способен вещать, пока не надоест, — кому именно надоест, гадать не приходилось, ибо скудное терпение Ривендейла уже подходило к концу.
Тут герцог вспомнил еще кое-что и преисполнился самых черных подозрений.
— История