Путь к золотому дракону

правильная. В огороде все было сделано по уму. И капуста крепенькая, и огурчиков аж целых две гряды. Была там морковка, был горох, было и целое поле картошки. Оборотень отлично знал, какие силы требуется приложить, чтобы огород выглядел таким ухоженным. Мать часто любила повторять, что земля — тоже женщина и оттого требует любви, заботы, ласки и внимания. И потому сейчас, когда Артур упомянул о прополке картошки, Сигурд подумал, что малец один не справится. По-хорошему надо отплатить хозяйке добром за добро. К тому же, насколько он помнил, во дворе лежала целая груда дров, которые надлежало сначала переколоть, а после сложить в поленницу. Это уж точно не женская работа.
На кухне они действовали как-то слаженно. Артур достал из печки чугунок с супом. Чугунок был добрый: ведро не ведро, но что-то около того. Сигурд нарезал хлеб. Малец перехватил голодный взгляд оборотня и зачерпнул со дна, где была самая гуща. Потом слазил в подпол и подал Сигурду миску холодной картошки, другую — с солеными огурчиками и небольшой, но увесистый шматок сала.
Они поели и отправились на огород. Артур тоже было нацелился на тяпку, но Сигурд быстро прогнал мальца, отправив его уносить изничтоженную траву за пределы картофельного поля, поближе к заборчику. Чуть позже эта трава должна была пойти на корм свиньям — они слонялись по загончику, то и дело пытаясь просунуть пятачки в щель в заборе.
Солнце припекало, но работалось Сигурду легко, в охотку. Ему даже на какой-то миг показалось, что он дома. Вот сейчас выйдет мать, принесет квасу и скажет, какой у нее вырос сын — сильный да работящий… Но Арра была далеко, за Драконьим Хребтом. На квас рассчитывать не приходилось, впрочем, и вода, которую малец принес из дома, оказалась более чем кстати.
Сигурд закончил работу часа через два. Возле забора выросла изрядная груда травы, на которую с вожделением косились через забор обе свиньи. Оборотень удовлетворенно оглядел поле. Сказать, что он совсем не устал, означало сказать неправду, но дела это не меняло. Волкодлак хотел было помочь Артуру перекидать траву свиньям, но потом передумал, поняв, что тот окончательно разобидится. Он ведь все же мужчина и хозяин в доме.
Поэтому Сигурд просто спросил, где взять топор, и пошел колоть дрова.
Какое-то время спустя Артур, видимо все-таки закончивший с травой, тоже появился во дворе и принялся складывать поленницу. Действовал он на диво ловко и умело, и Сигурд лишь несколько раз откладывал топор в сторону, чтобы показать, как складывают поленницу у них в Арре. Малец кивал, запоминая. Да, славный растет мальчишка у лекарки.
Оказывается, и у людей бывают правильные женщины. И дом содержит, и огород в порядке, и свиньи ухоженные. И сына вон какого вырастила. Нет, Яльгу оборотень считал вполне себе достойной девицей, но вот хозяйственности в ней не было ни на монетку. Хотя опять же — лет ей всего ничего, да и у кого она могла научиться?
Не у Эгмонта же.
— Слышь, Артур, — окликнул волкодлак. Малец обернулся. — Ну посадить там, прополоть — это понятно, но огород вскопать — это ж лошадь нужна! Как вы его?..
Артур смерил его настороженным взглядом. Сигурд подумал, что правильно не стал спрашивать, куда делся хозяин дома.
— Мать одного хмыря вылечила, он и вскопал. У него лошадей… — Он чиркнул рукой по горлу, показывая, что лошадей у неведомого хмыря было столько же, сколько у Яльги — книжек, считая те, что остались в Академии.
Ну, чего-то подобного Сигурд и ожидал. Надо думать, дрова достались им точно таким же образом.
Ардис вернулась в восьмом часу. К этому времени Сигурд уже покончил с дровами и натаскал воды из колодца, наполнив кадушки, фляги и одинокую бочку, вкопанную на огороде. Лекарка, бледная от усталости, молча посмотрела на аккуратную поленницу и прошла в дом. За ней следом прошмыгнул тощий серый кот с коротким, будто обрубленным, хвостом.
— Он у нас мышелов, — сказал Артур так гордо, будто сам учил кота охотиться, причем не одну ночь подряд.
А я и не сомневался, хотел ответить Сигурд. Хороший это был дом. И кот в нем тоже был хороший.

Вечером я проснулась от тягучей головной боли. Осторожно открыла глаза, обозрела потолок, потом села, поморщившись от боли в висках. Что же — надо думать, неожиданности на сегодня успели себя исчерпать. Кругом было темно, но, проморгавшись, я определила, что комната все та же.
— Чего, проснулась? — с некоторым интересом осведомились откуда-то из дальнего угла.
— Ага… — хрипло согласилась я, опираясь спиной о стену. Одежда, хвала богам, была на месте, а сапоги виднелись возле кровати. — А ты вообще кто?
В углу хмыкнули. Запоздало вспомнив о собственном магическом