силы. Пять золотых колонн, это пять хвостов… не обольщайся, внутри они полые, и не дают и десятой части той энергии, которую способны генерировать. Серебряная колонна, это отображение «сердца бога», но в ближайшие несколько лет, даже не мечтай пользоваться его силой, нам на это просто не хватит мастерства и контроля над манной. — Хлопнув в ладоши, девушка заставила подняться из пола два квадратных столба, на каждой стороне которых находились книжные полки. — Это, мой дорогой Фаер, хранилище наших знаний. Все что ты когда либо видел, слышал или читал, отображается на страницах этих книг. Для удобства доступа к информации, я создала библиотеку… довольно скромную, но ведь ты это исправишь?
— и это все? От своего внутреннего мира я ожидал чего-то большего. — Изображаю руками нечто неопределенное.
— видел бы ты, какой здесь был бардак, когда я только появилась, не жаловался бы на запустение. — Лисица обиженно насупилась. — Тем более, без твоего разрешения, никакие кардинальные изменения провести нельзя.
Внезапно, по пространству прошла рябь, (словно волны по воде).
— это что было?
— тебя будят. — Тяжело вздохнув объяснила Фокси. — Иди, потом поговорим подробнее.
Кивнув, задумываюсь над тем, как выйти из внутреннего мира. Решаю попробовать трюк с дверью, и после нескольких секунд стараний, прямо в воздухе появилась уже знакомая створка. Усилием воли дергаю дверь на себя, и меня вновь рывком затягивает в серую пелену.
ВЫХОД В СВЕТ.
Грязно белая карета остановилась, дверца расположенная в правой стенке распахнулась, и на обочину дороги выпрыгнул почтенный маг в зеленом балахоне, и с сумкой в руках. Тут же раздался щелчок кнута, запряженные кони всхрапнули, и повозка рванула вперед, стремительно набирая скорость.
Валин усмехнулся, провожая взглядом случайного попутчика, который хотел навязать великому магу одного из своих бездарных родственников, в качестве ученика.
«как будто мне больше заняться нечем, как только помогать одному аристократу, самоутвердиться в глазах другого».
Сплюнув на землю, целитель бодро зашагал по тропинке, ведущей к двухэтажному дому. Тот факт, что строение все еще находилось на прежнем месте, (и даже не дымилось), не мог не радовать хозяина этого жилища.
С тех пор как воспитанница научилась видеть магию, прошло почти четыре года, которые стали настоящим испытанием для Валина как для учителя, и как воспитателя. Не проходило и дня, что бы пятихвостая лисица, не попыталась осуществить какой ни будь рискованный эксперимент, (один раз, устраняя последствия очередного взрыва, старик не стерпел, и от души выпорол девчонку, а затем целую декаду ждал мести от этого непредсказуемого существа).
Вспомнив, с каким подозрением несколько дней смотрел на еду, в приготовлении которой не участвовал сам, целитель самодовольно вздернул голову и расправил плечи. Что бы он не думал о таланте воспитанницы, (способной из простейшего плетения «светляка», сделать нечто взрывоопасное), в зельях Фокси проявляла настоящий талант. Если она все же не сможет стать полноценным магом, то после некоторой практики, войдет в первую сотню лучших зельеваров континента.
Погрузившись в свои мысли, старик дошел до дома, оставил у входа обувь, и босяком вошел в гостиную, где замер в шоке.
На небольшом мягком диванчике, (стоящим спинкой к входу), обхватив руками колени сидела рыжеволосая девушка с лисьими ушами, время от времени всхлипывая и хлюпая носом. На обеденном столе, (именно туда был направлен ее взгляд), стоял артефакт, позволяющий просматривать трехмерные иллюзии, записанные на специальные кристаллы.
В данный момент, над мраморной плиткой, покрытой сотнями магических рун, разворачивалась сцена прощания двух влюбленных, (по крайней мере, Валин именно так понял набор слезливых фраз, мало связанных друг с другом). Вставленный в специальное гнездо, шестигранный кристалл, уже почти погас, (что говорило о скором завершении иллюзии).
Громко откашлявшись, чародей привлек внимание ученицы. Лисица повернула к старику заплаканное лицо, и одарила опекуна таким взглядом, что на секунду захотелось еще немного погулять по городу…
— и что здесь происходит? — Валин постарался добавить в голос суровости.
— хлюп… ненавижу женскую психику и физиологию… хнык… мне хочется обнять весь мир, и при этом сжечь его, что бы всякие старики не мешали досматривать трогательную историю.
Ответ заставил целителя застыть с открытым ртом. Долгие десять секунд он соображал, что же могло случиться с вечно непоседливой и полной сил ученицей… а затем вспомнил, что совсем недавно наступила весна.
«проклятье,
