должна выглядеть так, словно события развиваются именно так, как хочется именно тебе.
«кошмар…».
Эту мысль, я и моя шизофрения подумали одновременно, (зато отпали всякие сомнения в том, что Валин и Лирон знакомы). Однако, маг сидящий за письменным столом, хоть и выглядел пожилым, но не казался старым, (худое гладко выбритое лицо, обрамляла грива седых волос, а синие глаза сверкали двумя льдинками, что совершенно не вязалось с добродушной улыбкой и веселыми морщинками на висках).
«такой человек, с улыбкой поздоровается, осведомится о здоровье, а прощаясь воткнет нож в спину, и даже не поморщится».
Не знаю почему, но при взгляде на чародея, в моей голове возникали ассоциации с мастерами гильдии «ночных ножей», у которых мне довелось обучаться в прошлой жизни. Разница была лишь в том, что наемные убийцы не пытались казаться добрыми, и признавали что за деньги, готовы пойти почти на все что угодно нанимателю.
«похоже, мы попали в настоящее змеиное логово, и что бы выжить, придется вспомнить все подзабытые навыки».
Я была склонна согласиться со своей соседкой по голове, (тем более, что ее слова подтверждались многочисленными взглядами, которые довелось почувствовать на себе при прибытии).
— что же это я! — Хозяин кабинета всплеснул руками, щелкнул пальцами, и из угла помещения к столу подлетел простенький деревянный стул. — Присаживайся. Ты наверное устала в дороге? Ничего, сейчас мы быстро определим твой факультет, и ты отправишься в общежитие. Занятия начнутся только через три дня, так что еще не все студенты прибыли, но думаю тебе все равно скучать не придется.
Последние слова были произнесены с едва заметной насмешкой, но по моей спине все равно пробежали мурашки. Что бы скрыть нервозность, быстрым шагом пересекаю кабинет и сажусь на предложенный стул, (как учил Валин: спина прямая, руки расслаблены и ладони лежат на коленях).
— заполни пока этот бланк, а я подготовлю анализирующий артефакт. — Лирон выложил на стол внушительный лист, на котором были напечатаны вопросы и варианты ответов, а так же прозрачную письменную ручку, внутри которой плескались чернила.
— выбирать можно только один вариант? — Осведомилась я, пробежавшись взглядом по вопросам.
— исходя из твоих ответов, я решу, на какой факультет тебя отправить, так что хорошенько подумай, прежде чем ставить «галочки». Однако, если пожелаешь, можешь отметить хоть все варианты, только потом не обижайся, если придется учиться совершенно неподходящей и неинтересной специальности.
Покрутив в пальцах ручку, я приступила к заполнению бланка. Некоторые вопросы, (например «ваш любимый цвет?»), казались совершенно бесполезными, а иные, (вроде «на поле боя был убит ваш друг-любовник-родственник, будете ли вы делать из него нежить?»), заставляли глубоко задуматься о психическом здоровье тех, кто составлял этот опросник. Наконец, последняя «галочка» заняла свое место, и мой чуть затуманенный взгляд оторвался от листа.
— закончила? Вот и молодец. — Чародей жестом опытного фокусника, отобрал у меня бланк и ручку, (а жаль, писать ей было удобно), а затем подвинул на край стола странное устройство. — Это анализирующий артефакт, который определит стихии к которым у тебя есть склонность, а так же измерит объем резерва манны.
Прибор выглядел как мраморная прямоугольная плитка, из которой ровно вверх торчали железные трубки, ровно между которыми разместился ограненный белый кристалл.
— возьмись за трубки, и направь в них свою магию. — Распорядился чародей, внимательно изучая лист бумаги в своих руках.
«что-то мне это не нравится».
Скептично осмотрев артефакт, я все же сжала в ладонях трубки, и глубоко вздохнув, послала через руки немного манны. Внезапно, кристалл засверкал, а из меня за пару мгновений словно высосали все силы, (в ушах зашумело, перед глазами поплыли разноцветные круги, тело стало казаться ватным и жутко неуклюжим).
Откуда-то издалека, доносились «цветастые» ругательства моей соседки по голове, (смысл слов удавалось понять далеко не всегда, но интонации передавали весь уровень экспрессии ничуть не хуже).
— пей. — Приказал мне грубый мужской голос, и к губам прижался край кружки, в которой было налито что-то горячее и сладкое. Все еще плохо соображая, (словно после сильного удара по голове), делаю несколько глотков, и чувствую как по телу начинает распространяться живительное тепло.
Постепенно шум в ушах затих, зрение прояснилось, и даже руки дрожать перестали. Когда я наконец смогла нормально воспринимать внешний мир, Лирон уже сидел в своем кресле, и проклятого артефакта на столе не было.
— пришла в себя? — Добрая улыбка
