мои напарники, и десятник, который вроде бы и должен был исполнять обязанности руководителя, в отсутствии старших офицеров.
Так как башня, (а соответственно и расположенная там темница), была разрушена, для заключенных был установлен просторный шатер, где маги артефакторы, соорудили индивидуальные места для каждого из нас. Если для меня, круг диаметром в два метра, был достаточным пространством что бы расположиться с некоторым удобством, то орк, которого привели через несколько часов после нас, чувствовал себя очень неуютно, (в такие моменты я радуюсь своему невысокому росту).
С окончания того памятного сражения, прошло уже три дня, (солдаты, назначенные сторожить заключенных, не отказывались поболтать с девушками, и охотно делились последними новостями), за это время были окончательно уничтожены остатки армии мертвецов, а так же начато восстановление башни. Потери нашего гарнизона, составили более тысячи бойцов, (от изначальных полутора тысяч, боеспособными осталось примерно триста).
Зург пришел в себя на следующий день, и тут же предстал перед трибуналом, (членов которого пришлось «откачивать»). Рассказывающий про это солдат, (рыжеволосый молодой человек с выразительным лицом и зелеными глазами), «складывался» пополам от смеха, описывая лица сотников, решившихся судить командующего. По закону, (свод которых нам пришлось выучить на последнем курсе академии), нашего орка может судить либо собрание генералов, либо сам король.
В общем, попытка «свалить» всю вину за произошедшее на коменданта третьей башни, полностью провалилась, (хоть она изначально и не имела шансов на успех). А как выяснилось чуть позже: атака нежити произошла сразу на всю стену, (именно по этому мы не получили подкрепления от соседних башен), и кроме нашей твердыни, повреждения разной степени, получили все укрепления.
— там на периметре горят фонари, и одинокая гитара поет, туда никогда не прилетят снегири…
— Модо!!! — Феб, (все это время терпеливо лежащий в своей «камере»), вскочил на ноги, и врезавшись лбом в прозрачную стенку купола, яростно зашипел. — Если ты сейчас же не заткнешься, я убью тебя своими руками.
Судя по взглядам охраняющих нас солдат, и других заключенных, в этом желании они были солидарны с боевым чародеем целителем.
— эх! Никто не ценит настоящее творчество. Я требую соблюдать мое право самовыражения! — Никем не признанный певец, возмущенно вскинулся, сверкая глазами во все стороны.
— а ведь руны могут отключиться… совсем ненадолго… если заключенные обещают не пытаться сбежать… — Задумчиво глядя на купол шатра, размышлял вслух командир нашей охраны.
— я согласен. — Произнес орк, «камера» которого находилась по соседству с Модо.
— а что я? Я вообще молчу. — Боевой маг обижено уселся на пол, и уткнулся лицом в кулаки.
На тюремный шатер опустилась желанная тишина. Кто ни будь мог бы сказать, что просто лежать на ровной поверхности, изредка разговаривая с соседями и солдатами, быстро надоест… я же отвечу, что после почти года непрерывных тренировок, никому ненужной бумажной работы, и в заключении еще и сражения за жизнь, нынешнее времяпрепровождение, это отдых моральный и физический.
Мучают ли меня какие либо терзания по поводу стольких смертей, (немало моих знакомых не пережили нападение нежити)? Абсолютно нет, ведь моя маленькая «стая», (Андет, Эльва, Феб, Модо), уцелела в полном составе, (правда есть у меня некоторые сомнения, что гибель кого-то из них, вызовет в моей душе хоть что-то, кроме легкого расстройства).
«тебя это действительно тревожит?».
«думаю, да».
Прошел еще один час, и нам принесли обед, (густая мясная похлебка с зеленью и специями). Поочередно, каждую «камеру» окружали солдаты, затем отключались руны, на пол ставили миску с едой, и вновь активировали защиту, (после чего процедура повторялась со следующим заключенным).
«хотя бы в туалет позволяют сходить без присмотра надзирателей».
***
Шел пятый день нашего заключения, (за все это время, ни один офицер так и не почтил нас своим визитом), и в мою голову начало закрадываться подозрение, что о нашем существовании, командование просто позабыло.
В данный момент, я лежала в своей «камере», заложив руки за голову, и размышляла над вопросом, «учитываются ли дни заключения под стражу, в счет срока оставшегося до конца службы?». В обычное время, думаю что ответ был бы однозначным «да», но если учитывать все потери, которые понес гарнизон в столкновении с мертвецами, то можно предположить, что срок несения службы, только увеличится.
«как будто у тебя есть планы, о том, чем заняться в мирной жизни».
«конкретных
