Небрежным взмахом правой руки, отправляю в орка «воздушный кулак», который призван скорее не навредить, а разозлить противника. Для усиления эффекта своих действий, ни на секунду не прекращаю ехидно улыбаться.
— убью тварь!
«вот это крик. Зург мог бы гордиться сородичем».
От «огненной стрелы», я просто увернулась, шагнув в сторону, «воздушный таран», (усиленная версия «воздушного кулака»), отвела в сторону поставив «щит ветра». Однако, противник не желал успокаиваться, и использовал свой «козырь», послав в меня «волну праха», а затем и сам кинулся вперед, выхватив из-под мантии кривой тесак.
Отправляю на встречу зеленокожему «воздушное ядро», (шар очень плотного воздуха, «взрывающийся» при столкновении с твердыми объектами), а сама закрываюсь уже ни раз себя хорошо зарекомендовавшим «воздушным щитом».
«точное попадание!».
Мой снаряд угодил орку в живот, и кажется все же пробил его защиту, (во всяком случае, парень согнулся пополам, выронив из рук оружие и раскрыв рот в беззвучном крике). Подскакиваю вплотную к противнику, и не медля ни секунды, (используя усиление магии крови), бью коленом в нижнюю челюсть, (от чего зубы новобранца громко клацнули). Взмахнув рукой, наношу удар коготками по лицу, оставляя четыре кровавые полосы, и задевая глаза.
На этот раз, боевой выпускник академии, уже не смог сдержаться, и завопил во весь голос, хватаясь руками за поврежденные органы, (накрывая ладонями кровоточащие глаза).
— может быть, среди вас есть кто-то, кто хочет помочь товарищу? Не стесняйтесь… условия прежние. — Локтем бью в висок временно недееспособного оппонента, и с все той же, ехидно-презрительной улыбкой, поворачиваюсь к шокированным чародеям.
«хмм, неужели они не ожидали ничего подобного? Все же их направили в гарнизон смертников».
«в академии они пусть и соревновались между собой, но до такой жестокости там дела доходят редко. Тебя теперь будут считать ненормальной садисткой».
Вот два парня шагнули вперед, (как же сложно им дался этот шаг), и вскинули руки, создавая атакующие заклинания. В это же время, две целительницы, осторожно, (стараясь не привлекать внимания), начали подбираться к орку. Но давать им время на первый удар, я не собиралась, а потому создаю, «направленную вспышку», а затем «хлопок», (заклинание из магии воздуха, создающее звуковой эффект), и ускорив движения до максимума, кидаюсь в ближний бой.
Вытянутой ногой, в прыжке бью одного парня в живот, упав на пол, изображаю «Волчек», подсечкой сбивая с ног второго мага, и пока он падал, хлопаю ладонями ему по ушам. Мимоходом запущенный «порыв ветра», отбросил целительниц, (которые уже склонились над бесчувственной тушкой орка). Ощутив угрозу за спиной, резко разворачиваюсь, и используя инерцию, бью ногой по руке еще одного новобранца, решившего поучаствовать в «развлечении».
«умерь свой пыл, пока кого ни будь не убила!».
Окрик моей шизофрении, настиг меня в тот момент, когда я захватив руку последнего парня в красной мантии, совершала бросок «через бедро». Завершив прием, отскакиваю на свободное пространство, и окидываю подчиненных усталым взглядом.
— мое мнение: вы ужасны. Целители, займитесь ранеными, а все остальные, внимательно слушайте меня. — Дождавшись, пока девушки в зеленых мантиях приступят к работе, (начали они с орка, как с наиболее пострадавшего), продолжаю свой монолог. — В академии вас учили сражаться, но этого недостаточно что бы выжить в тех условиях, куда вы попали. Я обучу вас использовать самые «грязные» и бесчестные приемы, научу помогать друг другу и чувствовать «локоть» товарища. По всей видимости, кто-то решил от вас избавиться, примерно рассчитав смертность в нашем гарнизоне… но если вы будете слушаться меня, и забудете о своей гордости, то через год, снова увидите друзей и родственников. Да, мое обучение будет тяжелым, и что уж скрывать, довольно жестоким… зато в настоящем сражении, у вас будут неплохие шансы выжить. Вопросы есть?
Новобранцы были еще слишком шокированы, а потому никто не решился проявить инициативу.
— вот и молодцы. На отдых у вас десять минут, а затем мы начнем ваше обучение.
***
Дни потянулись за днями, складываясь в декады. Мой отряд, (разбитый на две пятерки), ходил на дежурства, и тренировался до изнеможения. После «показательного избиения», подчиненные меня побаивались, (действительно стали считать, что я не совсем вменяемая), а за постоянно увеличивающиеся нагрузки на наших занятиях, еще и тихо ненавидели.
На почве всеобщей нелюбви к командиру, у ребят возникла дружба, с каждым днем становящаяся только крепче, (глядя на них, у меня начали возникать
