Даже самые безумные мечты иногда сбываются… Что делать, если ты вдруг обрел некую силу, о которой давно мечтал? Как устроить свою жизнь в мире, известном тебе только из книг? Что, если жизнь среди людей невозможна, а так называемые темные расы вызывают только брезгливую неприязнь? Впрочем, если ты, сколько себя помнишь, мечтал обладать этой силой, то отсутствие житейского комфорта и приятного общества далеко не самая высокая цена за осуществление мечты. К тому же что мешает все это получить, когда силы и власти станет достаточно? Лично я, Фобос, первый живой вампир Торила, не вижу в этом ничего невозможного.
Авторы: Рощин Сергей Михайлович
моя личная вселенная. — Нечего сказать, живописно.
— Это еще не вселенная, а всего лишь анклав, но — да, он твой, и попасть сюда можно только по твоему желанию.
— Даже тебе?
— Мне нет. Я тут родилась.
— Значит, вот где ты живешь, — протянул я, оглядывая окрестности. — Скучно, наверное.
— Отсюда я могу видеть все, что делаешь ты, так что не очень. К тому же это место сильно увеличилось с момента моего появления.
— И где оно расположено?
— Нигде. Можно сказать, оно у тебя в душе, а можно — что оно за пределами нашей вселенной. В любом случае это будет верно лишь отчасти, да и на самом деле неважно.
— Я могу творить здесь все, что захочу?
— Да, в пределах существующего пространства, разумеется.
Я сосредоточился, и в десятке метров от места, где мы стояли, появилось удобное мягкое кресло серебристо-черного цвета. Юринэ с улыбкой обернулась и, быстро подбежав к нему, забралась с ногами, ей не требовалось уточнять, для кого было создано кресло. Я же внимательно прислушивался к себе. Творить, как оказалось, я здесь действительно мог, используя лишь желание, без всяких магических формул, но вот сила на это по-прежнему уходила моя собственная. Глубоко вздохнув, я достал из ножен свой короткий меч и, привычно изменив его форму, нагнулся и начал чертить на земле классическую пентаграмму. Со временем она изменится, обрастет символами, примет иной вид, а возможно, превратится в нечто совершенно не связанное с оригиналом. Но это произойдет потом, сейчас же главное — открыть сюда канал силы для Деймоса.
Когда узор был готов, я сделал надрез на руке и направил свою кровь в линии рисунка; знаю, что не обязательно, но так во много раз надежнее. Когда все линии пентаграммы наполнились кровью, она начала светиться рубиновым светом, а еще через мгновение над ней образовалась небольшая воронка темной энергии, обрамленной таким же красным свечением. Возникновение воронки отдалось острой болью в моем внутреннем источнике, боль унялась только через минуту, когда вновь подошедшая Юринэ приложила холодную ладошку к моему лбу. С благодарностью ей кивнув, я продолжил вливать энергию в пентаграмму. Наконец, после долгих усилий с той стороны пришел отклик, воронка скачкообразно увеличилась в размерах вдвое, а рядом со мной появился Деймос. Он выглядел почти так же, как и я, только металлические части доспеха были серебряного цвета, как и волосы.
— Н-да… — протянул он, глядя на равнину. — Хоть бы предупредили.
И тут меня скрутила боль, рядом на землю упал корчащийся Деймос, я ничего не успел сделать, сознание отключилось.
Первое, что я увидел очнувшись, — счастливое лицо Юринэ. Она сидела рядом на корточках и смотрела мне в глаза.
— Поздравляю, князь Тьмы Фобос, ты прошел на следующий уровень бытия.
— В смысле? Что произошло?
— Я слила вас с Деймосом воедино; вернее, вы сами начали сливаться, а я помогла.
— ЧТО?!
— Не бухти. — И она взъерошила мне волосы. — Вне этого места вы все равно будете пребывать как независимые существа до тех пор, пока ты не захочешь это изменить.
— Это утешает. Так чем конкретно мне грозит этот новый уровень и в чем он заключается? Я что, стал богом?
— Нет, не богом, я же сказала, ты стал князем Тьмы. Это похоже, и при желании ты сможешь выполнять те же функции, хотя и с трудом. Боги ограничены сферой своей деятельности, особенно это выражено в Ториле, но и в других местах немногим лучше. Конечно, есть высшие боги, вроде того же Саваофа, для этих ограничения вроде сферы деятельности ничего не значат, но у них свои заморочки. А у тебя их ограничений практически нет, хотя своих собственных достаточно. Ты не сможешь расширить сознание так, чтобы слышать всех верующих и отвечать им, не сможешь создавать полностью идентичных тебе аватаров, а все производимые тобой эмблемы будут твоими точными копиями в плане сознания и мышления и в конечном счете будут вынуждены слиться с тобой воедино. Так что, как видишь, полноценным богом тебе не стать даже на среднем уровне, и это только самые яркие отличия. Зато ты можешь любого из них убить, если, конечно, силенок хватит. — Ехидная улыбка.
— Я тебе уже говорил, что я тебя обожаю?
— Ни разу, хотя что-то мне подсказывает, что ты хотел использовать другое слово.
Я хмыкнул и начал подниматься. Моя рука уперлась во что-то гладкое и холодное. Присев и оглядевшись, я чуть не выругался. Я находился на гладкой каменной площадке диаметром в пять метров и с пятью зубцами по периметру. Уже догадываясь, что увижу, я медленно встал и подошел к одному из зубцов. Очень захотелось выругаться. Я стоял на верхней площадке высокой черной башни, возвышающейся над безжизненной равниной. Где-то я это уже видел… Точно!
