Тебе тринадцать и ты чужой в этом мире. И за тобой гонятся все: местный герцог, жрецы–убийцы, жестокие бандиты и даже Черный Герцог, которому подчиняются дикие орки. И все желают твоей смерти. А у тебя есть только верный друг, да крепкий арбалет. И еще права на графскую корону, о которых ты не подозреваешь.
Авторы: Максимов Альберт Васильевич
Ну — ну. Значит, идея с пятьюдесятью плетями барону и его сыновьям возникла отнюдь не у Алареса, а пошла от этого человечка.
К полудню удалось примерно подсчитать число рубцов от плетей, которые оставили лоэрнцы на спинах людей, захваченных в замке. Четыреста шестьдесят шесть!
— А сколько лоэрнцев взято в плен, не считая раненых?
— С командирами, милорд?
— Со всеми, включая виконта.
— Двести три человека, милорд.
— Получается, по два — три удара каждому… Всем, за исключением виконта, жреца и чиновника всыпьте по два удара. Еще шесть ударов разделите между теми, кто непосредственно бил. И пригласите местных крестьян, из тех, кто поближе и кого найдете. Пусть посмотрят.
— Милорд, не сходится.
— Что не сходится?
— Число ударов. Двести солдат по два удара плюс еще шесть. Итого четыреста шесть. А люди Шелвака получили на шестьдесят ударов больше.
— Я это знаю. Остальное — в Ларске. Аларес и эти двое должны получить то, что заслужили.
— Милорд, простите, но вы давали Аларесу слово.
— Оставить в живых? Разве я его нарушаю?
— Нет, милорд, но… возможно, вы и правы.
— Прав, я, прав! Я этого Алареса отпущу за выкуп. Для его отца несколько золотых не деньги. Аларес отдал бы Шелвака с сыновьями Тарену. На казнь! А женщин семьи барона Аларес с таренским чиновником хотели продать хаммийцам. Я поступаю намного мягче. Намного!
— Не спорю, милорд. Но мне кажется, что виконт Аларес совсем не ожидает, что будет подвергнут порке плетьми.
— Я же предупреждал его парламентера, что, возможно, придется кого — то из числа сдавшихся наказать.
— Аларес никак не рассчитывал, что это распространится и на него.
— И напрасно. Почему он должен быть неприкасаемым? Он выдрал плетьми барона Шелвака и его сыновей. Шелвак для него предатель. Но в чем провинился мальчишка — младший баронет?
— Вы хотите в Ларске дать им по двадцать ударов? Как и барону с семьей.
— Я еще окончательно не определился. Завтра утром мы возвращаемся. Здесь следует оставить гарнизон. И слуг. Пока барон с семейством погостит в Ларске, в замке хоть немного приберут.
— Барона берем с собой?
— Я думаю, что им нужно быть в Ларске. А здесь… его семье в ближайшее время вряд ли захочется ночевать среди этой гари.
— Работы будет много.
— Пусть пригласят крестьян. Земля еще мерзлая, до сева далеко.
— Хорошо, милорд…
Через несколько дней Сашка с триумфом возвратился в Ларск. Все его поздравляли, даже маркиз Ильсан удосужился подойти с улыбкой и сказать несколько приятных слов. А на следующий день на центральной площади Ларска уже устанавливали большой помост. Времени на это ушло не много. Конструкция использовалась не раз, ведь казни преступников были не редкость. Виселицы, сейчас пустующие, и вовсе не разбирались.
На предстоящее зрелище собралось, наверное, полгорода. Всем было любопытно узнать, кто же сегодня окажется жертвой. На помост ввели трех человек. Лоэрнского виконта Алареса, таренского чиновника и жреца. Действительно, любопытная компания!
К краю помоста подошел Сашка.
— Негодяй! — с бешенством воскликнул Аларес, — Так — то ты держишь слово! Впрочем, что ожидать от раба, поднятого на вершину власти!
Стоявшие рядом стражники напряглись, готовые по первому жесту их виконта заткнуть рот, оскорбляющий брата их господина.
— Я свое слово держу, — Сашка говорил специально громко, чтобы услышали многие. — Я обещал всем твоим людям сохранить жизнь. Никто из твоих людей не будет казнен. И ты тоже. Всем будет дана возможность выкупа. Цены за выкуп обычные, принятые в Атлантисе. За виконта выплачивается двадцать золотых, за барона десять, баронета пять, рыцаря три, дворянина два и простолюдина один золотой. Твой отец, граф Каркел, может проявить благородство и щедрость и выкупить всех пленных. Это ему обойдется в четыреста сорок — четыреста пятьдесят золотых.
Площадь заволновалась, заахала. Сашка дождался, когда немного стихнет и продолжил:
— В чем еще моя вина? В том, что ты сейчас получишь плетей? Я понимаю, это для благородного большое оскорбление. Но не ты ли оскорбил барона Шелвака и его сыновей? И собирался продолжить это в Лоэрне. А они подданные Ларска. Они получили шестьдесят плетей, и вы получите столько же… на двоих.
На двоих? Но их же на помосте трое! Тем временем Сашка продолжал:
— По тридцать на каждого. Кажется, столько ты обещал дать им еще, когда они попадут в Лоэрн?
— Ненавижу!
— Приступайте. Вначале виконта, потом этого, — Сашка кивком головы указал на человека Тарена. — Но они должны остаться в живых. Я дал слово.
Через четверть
