Тебе тринадцать и ты чужой в этом мире. И за тобой гонятся все: местный герцог, жрецы–убийцы, жестокие бандиты и даже Черный Герцог, которому подчиняются дикие орки. И все желают твоей смерти. А у тебя есть только верный друг, да крепкий арбалет. И еще права на графскую корону, о которых ты не подозреваешь.
Авторы: Максимов Альберт Васильевич
часа все было кончено. Обоих в бессознательном состоянии унесли в замок. Сашка заранее позаботился о враче. Но теперь оставался третий человек на помосте.
— Виконт отдавал приказы, а человек самозванца Тарена ему их нашептывал. А твоя роль какая?
— Ваша светлость! Не губите! Я здесь ни причем. Меня послал наш главный жрец. Просто посмотреть. Больше ничего.
— Вот как? Если ни причем, то и бить плетьми не следует. К тому же, общее число ударов уже выполнено. А дополнительно я назначать не собираюсь.
Толпа разочарованно загудела. Жрецов никто не любил, и сейчас от них уплывало зрелище, которого они никогда в своей жизни не видели! Тем временем испуганное лицо жреца разгладилось, появилась довольная улыбка.
— Повесить, — коротко бросил Сашка.
Жрец завизжал, когда его подхватили руки палачей, потащивших его к ближайшей виселице. Через пять минут тело жреца мерно раскачивалось. Толпа неистовствовала. Такого здесь еще никто не видел. Ведь предыдущего пойманного жреца Сашка повесил прямо у дороги.
Когда Сашка подошел к месту, где сидела высшая знать графства во главе с Даром, брат спросил:
— Сашка, но ведь ты обещал сохранить всем жизнь?
Сашка ответил громко, так, чтобы слышали все:
— Я обещал сохранить жизнь всем сдавшимся людям. А жрецы не люди. Они орки. Или еще хуже.
Среди присутствующей знати сидел и барон Шелвак с обоими сыновьями. Три родных человека, но выражение лиц у всех было разным. Каждый по — своему воспринял разыгравшуюся сцену.
Барона раздирали противоречия. Прошлой осенью виконт его оскорбил, заявив о возможности наказания плетьми его сыновей. И ему пришлось ставить под удары своих солдат. А затем платить им компенсацию. За это прощение виконту не было. Так он тогда считал. И вассальную клятву ларскому графу он давал без особого желания. Просто Ларск оказался сильнее Лоэрна, а виконт Ксандр обещал ему защиту.
В падании своего замка барон винил только себя. Хотя вина была спорная. Слишком большие силы имел Аларес, сумевший почти с ходу удачным штурмом взять его замок. Ларск никак не мог ему помочь. Но виконт сдержал свое слово, быстро пришел явно с недостаточными силами под стены замка, тем самым спас его с семьей от отправки в Лоэрн. И разбил Алареса. Как ему это удается? Ведь еще мальчишка. И вот теперь барон благодаря виконту Ксандру оказался отомщенным.
Вот и получалось, что с одной стороны он никак не мог простить Ксандру того, что тот сделал прошлой осенью. А с другой стороны, теперь Ксандр сделал для него и его семьи намного большее.
Старший сын барона баронет Крисвел в отличие от обескураженного отца смотрел на Сашку угрюмо. Мало того, что этот молокосос наголову разбил его прошлой осенью, но и потом ларская знать, к которой он теперь относился, презрительно смотрела на него, когда отец давал вассальную клятву. И зимой, во время поездки в Ларск, точно также насмешливо смотрели на него ларские баронеты, его сверстники. И в Каркел, где у него остались приятели, обратной дороги не было. К тому же этот бывший раб хотел отстегать его плетьми. Его, наследного баронета! И за что? За то, что его отец отодрал жалких рабов этого Ксандра. А потом отец был вынужден подчиниться Ларску. Опять же из — за Ксандра. Не будь этого, разве виконт Аларес выступил бы против его отца? Двадцать плетей! Спина до сих пор дико болит. Позор — то какой! Теперь местные снова будут презрительно улыбаться. То, что Ксандр отомстил за него с отцом и братом, разве это компенсирует произошедшее? Нет! Вот и получалось, что виновником всех бед, свалившихся на него и на их род, был этот выскочка Ксандр.
А выражение лица его младшего брата, баронета Альвера было совсем иным. Парнишка не сводил с Сашки восхитительно — завороженного взгляда. Прошлой осенью он его очень невзлюбил. Даже очень — очень. Было за что. За обиду отцу, разгром брата, захват их замка, за угрозу получения плетей. За всё! Но, как это часто бывает у мальчишек, ненависть быстро сменяется любовью, обида — радостью, презрение — уважением. Вот это сейчас и происходило с Альвером.
Этот негодяй Аларес избил его плетьми. Да так, что он до сих пор еще сидит, боясь пошевелиться, а в первые дни мог только лежать и стонать. И отца с братом Аларес посмел избить. И собирался это продолжить в Лоэрне. А затем казнить. Если не соврал, то их ожидала позорная и мучительная казнь на колу. А матушку с сестрами продали бы в рабство.
Но пришел виконт Ксандр и разбил Алареса, а потом заставил его капитулировать. А сейчас отомстил за всех них. Сильный, уверенный, красивый, настоящий воин! Говорят, во время того сражения с Аларесом, виконт Ксандр своей громадной секирой перебил чуть ли не половину всех лоэрнцев. И граф Дарберн,
