Тебе тринадцать и ты чужой в этом мире. И за тобой гонятся все: местный герцог, жрецы–убийцы, жестокие бандиты и даже Черный Герцог, которому подчиняются дикие орки. И все желают твоей смерти. А у тебя есть только верный друг, да крепкий арбалет. И еще права на графскую корону, о которых ты не подозреваешь.
Авторы: Максимов Альберт Васильевич
белый свет не сошелся клином: теперь в Лоэрне хаммийцев много, а значит, много и желающих неплохо устроиться в королевской гвардии.
Чтобы найти такую сумму братьям пришлось продать всех дочерей портного. Но продали по хорошей цене, благо не зря Рахид семь лет проработал надсмотрщиком в невольничьих караванах. Правда, после этого пришлось основательно пройтись плетью по спине портного, нагло впавшего в какое — то оцепенение от известия об отправке его детей в Хаммий. Из — за простоя в работе портного братья потеряли несколько серебрянок, но правильные воспитательные меры заставили портного вновь трудиться в полную силу.
Когда Рахид и Исаса принесли Якиру четыре золотых монеты, тот, взяв их, небрежно сказал:
— А, принесли. Теперь ждите, когда вакансия откроется.
— Как ждать? — ахнули братья.
— Десяток сейчас полностью заполнен. Когда освободится место, я сведу вас с Ноксоном.
— А когда оно освободится?
— Не знаю. Может быть, завтра. Может через седьмицу. А может и дольше.
— А как дольше? Месяц?
— Может, месяц.
— А год может?
— Все может.
— Э — э, а почему ты нас не предупредил об этом? Мы бы не платили сейчас золото, а заплатили позже.
— Позже не заплатили бы. Хотели, но не платили. Я не взял бы. Потому что другие заплатили бы. Желающих много.
— Так что же, нам сейчас неизвестно сколько ждать?
— Почему ждать? Можно и не ждать. Были бы деньги, да хороший ваш друг Якир.
— Деньги? Опять платить?
— Можете и не платить. Тогда надо ждать. Неизвестно сколько.
— А если заплатим, то будет вакансия?
— Смотря сколько заплатите. Больше — будет быстро вакансия, чуть меньше — сами будете ее делать.
— Это как?
— Все просто. Я показываю человека, говорю, где он будет, даже помогаю вывести его на темную улицу. И подпою еще. За мой счет. А дальше уже вы. Мечом, веревкой или еще чем.
— И сколько все стоит?
— Если сами справитесь, то четыре золотых, если мои люди будут делать, то шесть.
— За два золотых мы уж сами справимся.
— Вам решать, только если это буду делать я и мои люди, то никаких хлопот у вас не будет. Убьем чисто, никакая стража не подкопается.
— Стража, говоришь? Так мы сами стражники!
— Ах, ну, да, подзабыл. Вам тогда проще. Значит, сами сделаете? Ладно, гоните еще четыре золотых, и я подберу вам человечка из моего десятка. Все без обмана!
Чтобы найти дополнительные четыре золотых, братьям пришлось идти на поклон к ростовщику Сахету. Тот, узнав, что Рахид пристраивает своего младшего брата в королевскую сотню, предложил деньги без каких — либо процентов, взамен желая получить различные торговые возможности, выход к которым будет доступен с вступлением Исасы в королевскую гвардию. Так и поступили: деньги — вот они, бери и плати этому Якиру. И начинай отрабатывать проценты за них, благо возможностей у Исасы, как королевского солдата станет явно больше.
А отработать можно и по — другому. И быстро. У ростовщика Сахета есть племянник. Чем он хуже Исасы? Тоже пусть станет королевским гвардейцем. А убрать человечка, стоящего на этом пути, будет не сложно. Были бы деньги, а они у Сахета есть. И убирать, расчищая место, лучше старшего солдата десятка. Племянник Сахета пусть займет его место, Сахет готов за это доплатить кому надо.
Да это же десять золотых! Как только Исаса станет королевским гвардейцем, он сразу же получит выход на этого десятника. А за доступ к нему Якир с них взял четыре золотых. И еще шесть — цена за то, что братья организуют вакансию для племянника ростовщика. Правда, Сахет захочет вычесть из этих денег проценты за кредит. Однако сумму процентов он так и не назвал. Но ведь племянник хочет сразу не в простые, а в старшие солдаты. Значит, это место стоит дороже десяти золотых. Вот эта разница и пойдет в уплату процентов. Но вначале надо Исасе устроиться в сотню.
Когда братья отнесли Якиру вторые четыре золотых, они спросили, когда и кого им он покажет.
— Ты, это, уважаемый, подбери солдата послабее, а то ведь мы не очень — то привычны держать меч. Больше плеть.
— Э, нет. Подберу хорошего солдата.
— Как? Почему? — удивились и возмутились братья.
— Есть в нашем десятке Сабвел, сын лавочника, он хромой от рождения. Больше года, как в сотне, а меч держит, как женщина. Такого любой старик побьет. А есть хорошие и опытные солдаты. Одни из лучших. Вот одного из них я вам и отдам. А уж как сможете с таким справиться — ваши проблемы. Но, как обещал, крепко подпою.
— Но почему сильного, а не этого хромого?
— Когда твой брат, который меча в руках, наверное, не держал, станет гвардейцем, он поймет. На фоне сильных солдат, мы выглядим
