Тебе тринадцать и ты чужой в этом мире. И за тобой гонятся все: местный герцог, жрецы–убийцы, жестокие бандиты и даже Черный Герцог, которому подчиняются дикие орки. И все желают твоей смерти. А у тебя есть только верный друг, да крепкий арбалет. И еще права на графскую корону, о которых ты не подозреваешь.
Авторы: Максимов Альберт Васильевич
Сашка вскоре понял. Среди мелькавшей толпы волосатых диких орков, показался безволосый орк, который и командовал всеми остальными.
Среди диких орков Сашка ни разу не видел безволосых. Зато такими были орки — храмовники. Но храмовники всегда были в одежде из шкур, а этот орк оказался голым. Времени на рассуждения совсем не было, нужно готовиться к нападению всей орочей толпы. Хорошо хоть, что листочки хачху стали действовать. Он это заметил не только по своему самочувствию. Наемники заметно преобразились. Прибавили силы, энергии, какой — то особенной ярости, которая должна в предстоящей схватке с врагом превратиться в ярость необузданную.
Став полукругом, с внутренней стороны которого поставили Акси, люди дождались начала схватки. Безволосый орк подал визгливым голосом сигнал и орки, а их люди насчитали полтора десятка, бросились вперед. На время схватки Сашка забыл про боль в спине, с остервенением работая секирой и круша орочьи головы, рубя их грудные клетки и отрубая лапы, державшие дубины. Справа и слева от него также ожесточенно и, войдя в раж, действовали наемники. Когда живых тварей осталось пять или шесть, молодой наемник упал с раскроенным черепом. Сашка развернулся и погрузил свою секиру в тело орка, нанесшего удар Гароду. Краем глаза увидел, как другой орк замахивается дубиной, меня в него, и успел шагнуть назад. Дубина, летящая ему в район шеи, прошла мимо, но успела задеть левую ногу, которую Сашка не успел убрать. От сильной боли потемнело в глазах, но Сашка, не выпуская из рук секиру, из последних сил направил ее на орка. И потерял сознание.
Очнулся он, лежа на подстилке из широких ветвей елок. Сразу же бросилась в глаза забинтованная левая нога, из — под краев бинтов торчали выструганные палки. Догадаться, что у него перелом, было не сложно. Повернув голову, он увидел Акси, что — то делающую с травами. А в нескольких десятках шагов виднелся и Амунд, собирающий в кучу валежник. Костер будут жечь, в лесу заметно потемнело. Как — никак осень, да и лес густой.
— Акси, — позвал Сашка.
Девушка оторвалась от своих занятий и, улыбаясь, подошла к нему.
— Как ты?
— А что я? Как всегда. Больной и немощный.
— Если шутишь, значит, все не так плохо.
— А что со мной? Перелом?
— Да, — вздохнула Акси.
— А орки?
— Их нет. Один, который без волос, убежал, а остальные убиты.
— Жаль. Узнать бы, кто он. Уж, не храмовник ли? Только почему — то без одежды. Может быть, специально, чтобы не так выделяться? Как бы подмогу не привел. Хотя, если был один отряд, то орков больше нет. Идти я не смогу?
Девушка только покачала головой.
— И забрались мы далеко от дороги. А ведь здесь где — то граница с Амарисом. Или уже земли Амариса.
— Сейчас Амунд разведет костер, жаль, что почти все вещи остались с лошадьми. А их теперь не найти. Разбежались от орков. И котелок остался там же, настойку не в чем заварить. Твой Хелг все еще там же или ушел?
— Не знаю, ведь прошло несколько дней. Он, наверное, бросил людей на прочесывание леса.
Акси только покачала головой.
— Здесь лес большой, найти трудно. Скорее, ваши потеряются, чем найдут наш новый поселок. Да и где именно искать он не знает.
— Тогда должен кого — то оставить на том месте. Для связи с поисковыми отрядами.
— Дай листочек.
— Зачем?
— Мне всю ночь идти.
— Куда?
— К рыжему твоему Хелгу.
— Одна не пойдешь! Заблудишься!
— Глупый, я же выросла в лесу.
— Там другой лес был.
— Лес везде одинаков, найти направление не трудно. К утру выйду на амарисскую дорогу, уже путники будут, спрошу, где тот постоялый двор.
— Возьми Амунда.
— Нет, он должен тебя охранять.
— А тебя не должен? А если волки?
— Волки не страшны, я знаю, что делать. А вот ты один будешь им приманкой. Двигаться не можешь. И не спорь. Будешь спорить, все равно уйду.
— Велю Амунду…
— Поймать и связать? Смешной ты. Не спорь. Доберусь я.
— А если вы меня дотащите до дороги? Это будет быстрее, чем тебе идти через весь лес.
— Быстрее, — согласилась девушка, — только потом ногу придется отрезать. У самого основания. Глупый! Там же у тебя внутри кость сломана.
— Вы же палки поставили.
— Они только для того, чтобы ты сейчас, когда лежишь, ногу не растеребил. А потащим тебя — через десять шагов их снимать, да выбрасывать надо будет. Что, хочешь одноногим быть?
— Не хочу тебя одну отпускать.
— Хочешь, не хочешь, а не тебе решать. И Амунд не поможет.
— Его сына убили?
— Да, — вздохнула девушка. — Разве ты не видел?
— Видел, но вдруг, только ранен?
— Нет. Наповал.
— Жаль. И парня и его
