За спиной Эрания, откуда изгнан, просто за то, кто ты есть, в руках посох, под ногами дорога, и взгляд все чаще обращается в сторону баронств, которые даже в официальных документах именуют темными. Головорезы и авантюристы, охотники за нечистью и темные маги — тут принимают всех. Тут никто не спросит, кем ты был и что ты есть. Тут действует только один закон — сила! И уж наследник Разрушителя сможет этим воспользоваться! Но на пути силы свои ловушки, да и конец дороги теряется в багровой дымке, что пахнет кровью и смертью.
Авторы: Катюричев Михаил Сергеевич
ее посидеть тихонько и ничего не трогать, тот приступил к делу. Сначала он просто смотрел на меня, как вчера. Потом через какой-то прозрачный камень. Затем зажег странной формы свечи и долго изучал мою тень на стене. Тень, кстати говоря, вела себя странно. Готов поклясться, что ее колебания никак не были связаны с пламенем свечи. Далее меня обкуривали каким-то дымом, махали перед носом облезлым хвостом неизвестного животного и периодически просили положить руку на странную каменную конструкцию.
— Ничего не понимаю, — Клаус почесал затылок. — Мэтр, вы позволите эксперимент?
— Это, смотря, какой.
— Я попробую наложить на вас небольшое кратковременное и узконаправленное проклятие.
— Вы издеваетесь?
— Да ладно Вам мэтр! Оно совсем безобидное!
— У меня такое впечатление, что вы с этим камланием уже наложили на меня с десяток проклятий, — полушутя заметил я.
— Что вы! — замахал руками маг, — вы бы почувствовали. На мага наложить проклятие очень сложно. Если позволите, вы сейчас сами все увидите.
— Черт с вами, давайте попробуем, — дух экспериментаторства взял верх над осторожностью.
Пять минут бормотаний и размахивания руками, а потом повторение половины процедур. Ниа сидела с открытым ртом, ее глаза сияли. Думаю, она веселилась не меньше чем вчера в балагане. Не знаю, что я там должен был почувствовать, но, я уже начал чувствовать себя идиотом. Единственное, что успокаивало — Клаус, судя по его виду, тоже. В результате мы перепробовали пять разных вариантов проклятия. Увлекшийся Клаус предложил наложить такое же проклятие на Ниа для чистоты эксперимента.
— Ладно, ладно! Я все понял! Дурацкое было предложение, — тут же пошел он на попятный. — и не нужно вовсе когти тут отращивать!
— Так и что у вас получилось мэтр? — решил я поинтересоваться, собственно, результатом этих шаманских плясок.
— Да бред какой-то! — вспылил Клаус, — если бы я точно не знал, что так не бывает, я бы сказал, что вы проклятие сам по себе! В любом случае можете успокоиться — похоже, проклятия на вас не действуют вовсе.
Мы выпили за эту замечательную новость, после чего я взял мэтра на слабо и заставил вплести в талисман Ниа помимо защиты от магии разума (сам делал, горжусь!) еще и оберег от проклятий. Мэтр ворчал, что на клык нужно накладывать боевые заклятия, а то это противоречит его сути и снижает эффективность, но все же сделал что просили. За это мы выпили еще раз и, наконец, расстались.
— На что это вы так уставились, мэтр? — Саманта опять подкралась незаметно. Подружек она где-то потеряла, — О! На эту девушку действительно стоит посмотреть!
— Да что там смотреть — отмахнулся я, недовольный тем, что меня застали врасплох. Это же надо было так увлечься! — маг жизни невеликой силы. А вот с человеком, который делал ей доспех и остальные артефакты я бы познакомился.
— Увы, отец умер четыре года назад.
Да что это такое! Ко мне опять подошли незаметно. Эту девушку я, кажется, видел в компании объекта моего интереса.
— Нет, мэтр, вы определенно ненормальный! — возмущается Саманта, призывая девушку в свидетели, — то вы пускаете слюни на канстер Тарины, игнорируя ее ножки, то одну из знаменитейших героинь современности, предмет воздыхания всех мужчин по эту сторону Харшада и пример для подражания половины девушек меняете на какой-то кусок посеребренного железа!
— Что б ты понимала в артефактах, кошка ты озабоченная! — возмущаюсь я. — Девушек кругом куча, всяких разных, а вот мастера, способные создать такое, рождаются раз в поколение!
— Вы говорите, это делал ваш отец? — обращаюсь я к девушке, которая с улыбкой слушала нашу перепалку, — Очень жаль, что он умер. Сочувствую.
— Спасибо. Ему было бы приятно восхищение коллеги. Доспех для Тали он закончил уже перед самой смертью. Это лучшее из его творений.
— Лучшее из его творений, несомненно, вы, — отвешиваю комплимент, — а эта Тали действительно так знаменита, как описывает эта виесхатта?
— Вы никогда не слышали о Серебряной Звезде? — делает большие глаза девушка.
— Он у нас вообще дикий, — бурчит Саманта.
— Любовь моя, еще одно слово и до конца жизни ты будешь хрипеть от боли. А я постараюсь, чтобы этот конец наступил как можно позже. Думаю, часов на шесть тебя хватит.
— Мэтр, мэтр, не нужно так горячиться! — Саманта отступила на пару шагов, поднимая руки в успокаивающем жесте, — беру свои слова обратно. Вы не дикий. Вы очень добрый, культурный и образованный, просто не знаете элементарных вещей и, между прочим, даже не поинтересовались именем собеседницы.
