Тут никто не спросит, кем ты был и что ты есть. Тут действует только один закон — сила! И уж наследник Разрушителя сможет этим воспользоваться! Но на пути силы свои ловушки, да и конец дороги теряется в багровой дымке, что пахнет кровью и смертью. Темных магов не задушишь, не убьешь. Приключения продолжаются!
Авторы: Катюричев Михаил Сергеевич
суть. И разлетелись миры, словно шарики в детской игре, и земля мертвых легла между ними. Души ушедших держат границу между мирами и прах последних воинов проклятого клана развеет в пепел любого, кто осмелится вступить в ее пределы. И дорогу к иным мирам перекрывает мир, где создавали свое оружие демоны пепла. И прошедших сквозь грань ждут в нем потомки ушедшего клана. Ждут предателей, чтобы добавить их прах к праху отцов.
– Вот такая вот история о конце мира, – закончила Тиана уже нормальным тоном.
– Увлекательно. Интересно, сколько правды во всей этой легенде?
– Не знаю. Но Грань действительно не дает создать порталы между мирами. И прошедшие ее никогда не возвращаются.
– Сдается мне, не все так плохо. Демоны в этом мире есть. Откуда-то ведь они взялись.
Тин ничего не ответила, снова уставившись куда-то вдаль. Я тоже откинулся на спину, любуясь звездным небом.
Первую половину дня обитатели замка в основном отсыпались, так что я успел потренироваться, найти и озадачить местную вышивальщицу, а также окончательно разобраться с метательными ножами. Еще бы перчатки переделать подобным образом.
Следуя, как обычно, безмолвной тенью за Софьей, я выяснил, что днем в замок прибыл отряд гальдорцев. Значит, скоро выдвигаемся.
Направленное сзади заклинание я сначала погасил, а потом уже обернулся. На самом деле это был безобидный «ветерок» прилетевший от группы молодых дворян, что следовала за нами на некотором отдалении, но я счел необходимым предупредить:
– Молодые люди, любое заклинание, направленное в сторону девушек я склонен считать боевым и реагировать соответствующе.
– Мэтр, это была всего лишь шутка! – весело откликнулся молодой паренек с короной слабенького мага воздуха.
– Я предупредил. Следующая такая шутка обернется для вас кинжалом в сердце.
– Даркин, в чем дело? – обернулась Софья.
– Эти молодые люди пытались послать заклинание вам в спину.
– Всего лишь ветерок! – возмущается маг.
– Мэтр испугался слабенького ветерка? – иронизирует Алисия.
– Ветрок может нести с собой пыльцу шиоригона, например. Или служить активатором для более опасного заклятия.
– Мэтр, вы зануда! – хмурится Софья, – постарайтесь все же никого не убивать.
– Я предупредил, – пожимаю плечами, – остальное зависит не от меня.
Дабы не оскорблять чувства гостей, танцев этим вечером не устраивали. Чинный, благородный музыкальный вечер. Из трех десятков гальдорцев рыцарей было всего двое. Риттер-командор Зигфрид – суровый мужчина лет сорока с несколько хищным, ястребиным лицом и холодными серыми глазами, и Бернард – молодой русоволосый парень, видимо, только недавно получивший звание риттера-мечника. Также Зигфрида сопровождал оруженосец Клод и совсем молодой мальчишка лет двенадцати, паж, наверное. Не очень разбираюсь во всей этой иерархии.
Риттеры заняли кресла по правую руку от маркизы, слева от нее сидела Софья. Тиана примостилась на стульчике рядом с целительницей, а я занял позицию позади кресла. Элеандор и Матеуш затерялись где-то в задних рядах.
В центре зала услаждала песнями высокое общество новая Большая Любовь нашего лучника – маэстро Котик. Невысокое, пухленькое создание с женственными чертами лица и манерами капризного избалованного ребенка. Любовь зла. Музыкант из него, возможно, был и неплохой, но явно не в моем вкусе. Через полчаса от всех этих «майских роз», «соловьев в кущах» и прочих атрибутов любовной лирики начало тошнить. Правда, где-то ближе к середине концерта маэстро соизволил заметить гостей, но его рыцарские баллады были еще хуже любовных:
«…Мне пыл сражения милей
Вина и всех земных плодов.
Вот слышен клич: «Вперед! Смелей!»
И ржание, и стук подков.
Вот, кровью истекая,
Зовут своих: «На помощь! К нам!»
Боец и вождь в провалы ям
Летят, траву хватая,
С шипеньем кровь по головням
Бежит, подобная ручьям…»
В общем, муть. Лицо Бернарда выражает вежливый интерес, а лицо Зигфрида не выражает вообще ничего. Он, кажется, и не пошевелился ни разу с начала концерта. Впрочем, бурные восторги остальных вполне компенсируют холодность гальдорцев. Похоже, им действительно нравится!
– Мэтр Кат, вам нравится творчество маэстро Котика? – через плечо спросила Софья.
– Музыка неплоха, – дипломатично заметил я.
– То есть слова вам не нравятся? – продолжала наседать Софья, – или у вас вызывает неприязнь сам выбор темы?
– Возможно, всему виной мое не слишком хорошее знание общего. Все же язык для меня неродной.
– Кстати, я тоже не совсем поняла, что есть «либен», – Тиана все же взялась
