Тут никто не спросит, кем ты был и что ты есть. Тут действует только один закон — сила! И уж наследник Разрушителя сможет этим воспользоваться! Но на пути силы свои ловушки, да и конец дороги теряется в багровой дымке, что пахнет кровью и смертью. Темных магов не задушишь, не убьешь. Приключения продолжаются!
Авторы: Катюричев Михаил Сергеевич
обнимая целительницу.
С Тианой он этот маневр проделать не решился.
– Маг такой из Эрании. Лучший целитель, специализирующийся на красоте. Мне про него учитель рассказывал.
– Да, слышал. – Вспомнил я, – нам его в пример приводили, как слабого мага, отточившего свое мастерство до совершенства, пусть и в одной, очень ограниченной области.
– И что, он может убрать шрамы на твоем лице? – заинтересовался Эл.
– Я вот тоже не понимаю, почему она до сих пор не в Белом Городе? – поддержал я командира.
– Наверное, потому, что его услуги стоят просто сумасшедших денег и очередь к нему расписана на годы вперед! – едко ответила Софья.
Не стал комментировать это заявление. Поприветствовал Мэта и Тиану и пошел переодеваться с дороги. В бассейне мы с Элеандором отмокали, наверное, часа два, периодически подогревая воду очередным амулетом. Я блаженствовал, наблюдая за клубами пара и чувствуя, как постепенно уходит терзающий душу холод. Дом, друзья, забота. Я расслабленно прислонился спиной к бортику бассейна и улыбнулся.
Улыбка вышла кривой и какой-то болезненной.
К обсуждению лечения вернулись уже расположившись в гостиной.
– Итак, – я вытянул ноги, опустившись в уютные объятья любимого кресла, – предлагаю отправить Софью к этому Гракилису. Шрамы ей определенно не идут.
– И чем мы будем платить? – тут же вскинулась целительница.
– Попробуете заинтересовать уважаемого мэтра кровью виверна. Ингредиент дорогой и главное редкий. Думаю, он оценит.
– Кровь, вообще-то общая, – нахмурилась Софья.
– Сестренка, ты действительно думаешь, что мы пожалеем какую-то гадость для твоего лечения? – удивился Мэт.
Тиана только кивнула.
– Все равно это может не подействовать, – вздохнула целительница.
– Эл, завтра зайдем в банк, я отдам тебе остатки камней, – посмотрел я на лучника, резким жестом останавливая готовую возразить Софью.
– Если и денег будет недостаточно, передашь вот это Лилиане ней-Самлунг, – я протянул командиру конверт с заранее подготовленным письмом.
– И чем нам поможет простая фрейлина? – Эл с сомнением повертел послание в руках.
– Не простая фрейлина. А лучшая подруга принцессы, – поправил я, – к тому же письмо не ей.
– Почему бы тебе самому его не передать? – посмотрела на меня Софья.
– Мне запрещен въезд в Эранию.
– Тиане, наверное, тоже лучше остаться, – посмотрел Элеандор на демонессу.
Конечно же, та начала возмущаться и протестовать, но в результате ее задавили авторитетом.
Вечером я зашел в комнату к Элеандору и передал ему еще одно письмо – для мэтрессы но-Дито. Если не поможет сама, то хоть посоветует кого-нибудь из коллег. Помощь менталиста не помешает, а уж блокировать воспоминания полностью или повесить «флер» – разберутся. Я слишком неопытен, чтобы пытаться лезть в это самому. Заодно попросил лучника поискать кое-какие специфические книги. Через два дня в доме поселились тишина и покой, нарушаемые только визитами Ниа на выходных. Девочка сама не знает, как много для меня сделала. Ее жалость, искренняя, детская, бальзамом легла на душу. От любого другого я счел бы это за оскорбление. К тому же постоянная возня с ребенком, необходимость заботиться о ком-то, делала собственные проблемы меньше и незначительнее.
– Эй, мэтр, ты чего делаешь? – Тин заглянула в открытое окно. В окно второго этажа. Снаружи.
– Работаю, – я поднял голову от расчетов, – а в дверь войти не судьба?
– Скучно, – вздохнула девушка, устраиваясь на подоконнике и свешивая ноги в комнату, – никого же нет, а ты целыми днями из лаборатории не вылезаешь. На улице солнце вот. Пошли хоть потренируемся.
– Я каждый день тренируюсь, – возразил я, возвращаясь к схемам плетений для своей новой задумки.
– Это не тренировки, – махнула рукой Тин, – я имею в виду по-настоящему. А то ты скоро растолстеешь и в дверь влезать не будешь.
– Изыди! – не поднимая головы, бью в нахалку «арфаусом». Слышится вскрик.
Некоторое время недоуменно разглядываю левую руку. Перчатки на ней, конечно же, нет. Получается, печать «воздушного кулака» я сложил уже машинально. Опомнившись, бросаюсь к окну. Демонесса лежит на земле лицом вниз, рыжие волосы рассыпались по мокрым плитам двора. Прах и пепел! Сигаю через подоконник, привычно погасив скорость уходом в грань.
Кажется, не дышит. Присев на корточки, протягиваю руку, не решаясь коснуться. И лечу в кусты, раздирая рубашку об острые ветки.
– Попался! Попался! – вскочившая на ноги Тин радостно смеется.
– Глупая шутка, – поднимаюсь на ноги, выпутываясь из зарослей.
– Да ладно! Зато ты выполз из своего скучного
