Всемогущество… Мы лишь мечтаем о нем, но есть и те, кто обладает им. Это ведьмы, кудесники, некроманты, чернокнижники, заклинатели. Их глаза видят сквозь туман земного бытия, их ладони лежат на рычагах управления вселенной. Маг разглядит будущее в хрустальном шаре, приручит фантастического зверя и превратит свинец в золото… или вас — в лягушку, если вздумаете его рассердить.
Авторы: Нил Гейман, Грин Саймон, Кард Орсон Скотт, Сильверберг Роберт, Ле Гуин Урсула Крёбер, Бигл Питер Сойер, Линк Келли, Форд Джеффри, Брэдли Мэрион Зиммер, Джордж Рэймонд Ричард Мартин, Сюзанна Кларк, Фарланд Дэвид, Резник Майкл Даймонд, Гроссман Лев, Финли Чарльз Коулмэн, Ли Юн Ха, Шерман Делия, Адамс Джон Джозеф, Кастро Адам-Трой, ПРАТТ ТИМ, Валентайн Женевьева, Говард Джонатан Л., Кафтан Вилар, Боскович Дезирина, Раджан Ханна, Ннеди Окорафор, Вагнер Венди Н., Кристи Янт, Киртли Дэвид Бэрр
Это ведь карты, азартная игра. Иногда — блеф. Но подобно всему, чему научился в жизни, ты научишься раскрывать сущность карт, и тогда все будет получаться.
Подагрической рукой он протянул Квентину новую карту. Бубновую двойку.
— Еще попытка.
Квентин осторожно взял ее, не до конца уверенный, что понимает старика и его побуждения, хотя учился две недели — штудировал книги, рассматривал карты, запоминая историю каждой и связи между ними. Старик просил называть его Хойлом, но вряд ли это было настоящее имя.
Молодой человек взглянул на свою почти полную, но уже початую колоду, лежавшую на столе рубашкой вверх. Только что их было пятьдесят четыре. Теперь пятьдесят три.
— Сколько? — Он поднял глаза на старика.
— Что «сколько»?
— Сколько карт потеряли вы?
— Всего лишь пять. — Учитель моргнул и потупился.
Квентин успел заметить сожаление, мелькнувшее в глазах старика, но предпочел не задумываться. Его собственная колода почти полна, а когда он закончит обучение, то постарается найти Роланда.
И все-таки, используя следующую карту, вздрогнул, поскольку, пробуждая к жизни заклинание, лишался ее навеки. Бубны — масть иллюзий и обмана, поэтому Квентин создал в воображении образ старика, шагнувший к ним из зеркала. Несмотря на полную сосредоточенность, ему не удалось точно повторить облик живого человека. Иллюзия выглядела размытой и плоской, неестественной. Просто-напросто призрак.
— Что случилось? — спросил Квентин.
— Ты попытался сотворить заклинание, которое не по силам этому рангу карт, — пояснил старик, в то время как призрак рассеивался.
— Проклятье! — выругался Квентин. — Я только что потратил карту впустую. Не уверен, что мне хочется продолжать.
— Придется. Нужно привыкать к картам. Вообще-то, не все хотят учиться, некоторые выходят с полной колодой, отказываясь потратить впустую даже одну карту. Рано или поздно все они погибают. У них нет чувства карт. Искусство взвешивать шансы непростое, тебе еще предстоит его постичь. Ты же не садишься за карточный стол, чтобы противостоять опытным игрокам, пока не узнаешь все правила? Надо набираться опыта. Как отыскивать карту в колоде, в какой момент доставать ее и с какой целью ходить. Черт побери! А ведь мы еще не поговорили о том, как объединять воздействие карт!
Квентин вздохнул. Он прекрасно видел расклад старика. Все, чем они занимались, лишь преамбула. Значение имеет одно — магия карт позволит отомстить Роланду.
— Так все-таки, как обстоят дела с джокерами? Вы можете их чувствовать?
— Они непредсказуемы, — пожал плечами Хойл. — Нет ранга, нет определенного значения. Красного мы называем Мудрецом. А черного — Дураком.
Квентин привыкал к именам, которые игроки давали некоторым картам: например, туз пик — Карта Смерти, бубновый валет — Весельчак, король червей — Король Лжецов.
— На твоем месте я бы спрятал джокеров подальше, чтобы не испортили дело. Свои я засовываю в ботинки. Одного в левый, другого в правый. В случае чего, смогу их вытащить, но что-то мне подсказывает: вряд ли такая необходимость возникнет.
— А что вы можете сказать обо мне?
— Если не брать во внимание карточную игру, — поразмыслив, ответил Хойл, — то во всем остальном ты напоминаешь быка, увидевшего красную тряпку. Больше сказать нечего.
И он вынул следующую карту.
Не обращая внимания на встречных матросов, Квентин решительно приближался к верхней палубе, к внутренним покоям, где рассчитывал найти хозяина парохода. Достигнув двери, он дернул ручку на себя и едва не столкнулся с Роландом Кеттерли.
Несколько секунд они растерянно смотрели друг на друга. Когда же Квентин выхватил карту, Роланд заорал и отпрянул к стене. Несколько вооруженных револьверами мужчин появились рядом, как по волшебству.
Квентин кинулся к другой стене, подальше от двери, нашаривая в кармане новую карту. Дрожащими пальцами он достал девятку пик и создал вокруг себя защиту. Мгновение спустя та отразила град пуль, выпущенных в упор, и Квентин вздохнул с облегчением.
Пороховой дым с частыми вспышками мешал видеть, но он все же доставал карту за картой, пики и трефы, бубны и червы, и каждая оживала, вспыхивала, прежде чем падал один из стрелков. Квентин использовал все свои знания, которые мог припомнить, все виды воздействия, которым успел обучиться. Трефы для огня, бубны для земли, черви для воды, пики для воздуха. А потом уже другой ранг — трефы для воздействия на дух, черви для изменения тела. Карта за картой, карта за картой…
И каждый раз падал кто-то из людей. Но все время не те. Не Роланд Кеттерли.
Не дядя Квентина.
Присев около кровати
