Всемогущество… Мы лишь мечтаем о нем, но есть и те, кто обладает им. Это ведьмы, кудесники, некроманты, чернокнижники, заклинатели. Их глаза видят сквозь туман земного бытия, их ладони лежат на рычагах управления вселенной. Маг разглядит будущее в хрустальном шаре, приручит фантастического зверя и превратит свинец в золото… или вас — в лягушку, если вздумаете его рассердить.
Авторы: Нил Гейман, Грин Саймон, Кард Орсон Скотт, Сильверберг Роберт, Ле Гуин Урсула Крёбер, Бигл Питер Сойер, Линк Келли, Форд Джеффри, Брэдли Мэрион Зиммер, Джордж Рэймонд Ричард Мартин, Сюзанна Кларк, Фарланд Дэвид, Резник Майкл Даймонд, Гроссман Лев, Финли Чарльз Коулмэн, Ли Юн Ха, Шерман Делия, Адамс Джон Джозеф, Кастро Адам-Трой, ПРАТТ ТИМ, Валентайн Женевьева, Говард Джонатан Л., Кафтан Вилар, Боскович Дезирина, Раджан Ханна, Ннеди Окорафор, Вагнер Венди Н., Кристи Янт, Киртли Дэвид Бэрр
Пока Рюгель бежал, ветер сменил направление и принес сильный сладковатый запах — запах, всколыхнувший глубины памяти. Он сбился с шага и, переводя дух, шмыгнул в придорожные кусты. Хотелось поскорее отыскать укрытие, но сгустившийся от аромата воздух не давал идти.
— Погоди! Покажи, как у тебя получилось! — закричал преследователь.
Голос отвлек от запаха и заставил разум сосредоточиться на неотложном деле — спасении жизни. Нет, не надо было ему сюда возвращаться.
Погоня приблизилась, и Рюгель увидел на тропе девочку. Из-под коротковатой юбки торчали колени, сплошь в царапинах и травяной зелени. Разыскивая Рюгеля, она неторопливо пошла по кругу, и он как можно глубже втиснулся в куст смородины. Он был гномом, или карликом, как именовали существ его размера, и владел даром невидимости. Может, ребенок не найдет его?
— Ну пожалуйста! — крикнула девочка, останавливаясь перед кустом и безошибочно отыскивая сердитое лицо Рюгеля в сплетении ветвей. — Я же видела, как ты подманивал кролика.
Гном обругал себя. Он не должен был подзывать заклинанием зверька, а уже если сделал это, то надо было убить. В результате мало того что остался голодным, так еще и попался на глаза громиле. «Но ведь это не взрослый громила, — подумал он с надеждой. — А ребенка легко напугать».
— Убирайся! — зарычал он.
Она стояла, не отводя карих глаз.
— А не то убью! — повторил он попытку.
От слов Рюгеля ее губы дрогнули, но не слишком сильно. Девочка видела, как он погладил кролика, и не ждала от него жестокости. Гному случалось убивать и животных, и людей, но только взрослых мужчин, способных за себя постоять, а вот детей — никогда. Хотя откуда ей знать об этом? Она видела всего лишь низкорослого человечка, который гладил спинку бурому кролику.
Рюгель выбрался из смородинового куста.
— Чтобы приманивать зверей, детка, — сказал он, — ты должна обладать гномьей магией. А у тебя ее нет.
— Разве я не могу научиться?
— Не можешь! — рявкнул он.
Двести лет, отданных бегам и пряткам в глухих закоулках мира, сделали его голос жестким и корявым, под стать лицу. От такого крика она должна была расплакаться.
И она расплакалась. Ну, по крайней мере, начала. Даже слезы на глаза навернулись, но малютка справилась. Стояла и молча смотрела на Рюгеля, только плечи подрагивали. Он едва выдержал ее взгляд, исполненный безгласного горя.
Наполовину отвернувшись, он проворчал:
— Чего это ты нюни распустила?
— Я одна-одинешенька, — прошептала девочка. — Питер заболел, а у мамы ушло молоко. Поэтому она с малышом отправилась к тетке Релде. Папа весь день трудится в поле, а ночью охотится, чтобы заплатить знахарке за услуги. А я осталась совсем одна… — Слезы сорвались с ресниц, а сотрясающая плечи дрожь усилилась. Едва слышный всхлип вырвался из горла.
Эти звуки больно ранили слух Рюгеля. Непонятно, что у нее за горе, но он не любил, когда плачут дети. Но что такое одиночество, он знал даже слишком хорошо.
— Кто такой Питер? — Гном отошел от смородины.
— Мой брат. — Она утерла слезы рукавом. — На той неделе наступил на гвоздь и теперь даже шевелить ногой не может. Тогда ведьма Ева уложила его в люльку у себя дома и связала ноги волшебной веревкой, а тело натерла корнем мандрагоры…
«Мандрагора! Вот что это за запах», — вздрогнул Рюгель.
Нет, он не должен был сюда возвращаться.
Девочка очень быстро взяла себя в руки.
— Когда я вырасту, буду ведьмой, — радостно сообщила она.
Вглядевшись в ее лицо, он согласился. У девочки в глубине глаз прятались искорки человеческой магии. Не исключено, что прямо сейчас она могла бы вызвать кролика из зарослей. Только Рюгель не собирался ей об этом говорить.
Его молчание не обескуражило ее.
— А папа сказал, что нашу деревню прокляли.
— Да ну?
Предчувствуя долгий рассказ, Рюгель уселся, дав отдых ногам. Они в последнее время побаливали. Хорошо бы новые сапоги стачать, только сапожник из него никудышный. Может, украсть в следующей деревне?
Девочка присела, чтобы их лица находились друг напротив друга.
— Половодье смыло озимую рожь, а это большая беда. — Она понизила голос. — Я слышала, как папа говорил Еве, будто в лесах завелась нечисть и украла у нас удачу. Может, какая-нибудь гадкая тварь вроде хобгоблина.
Рюгеля, с его сморщенным коричневым лицом, называли и похуже. И воровал он часто. Некогда его народ освоил искусство извлечения металла из темных недр, научился превращать колчедан в золото, но это была великая земная магия, и он, последний из гномов, не отваживался к ней прибегать. Обходился безвредными мелкими заклинаниями: околдовать
