Земля лишних — другой мир. Сюда таинственный орден незаметно для окружающих отправляет людей, посчитавших себя лишними здесь — на старой доброй Земле. Но Георгий Волынский к лишним себя никогда не относил. Он попал в этот мир случайно, по ошибке, вместе с автобусом и тринадцатью юными красавицами из эскорта, которых он вез на корпоративную вечеринку.
Авторы: Старицкий Дмитрий
из нержавейки – это тебе даже не хромированный. Я бы с удовольствием из нее пострелял и тогда бы все сказал конкретнее.
– Так в чем дело? Приезжай завтра на стрельбище – постреляешь. Мы как раз их пристреливать будем.
– Заметано, – Билл радостно улыбнулся и торопливо добавил: – Патроны я с собой привезу, так что заранее не бойся.
– А за сколько бы ты такую винтовку продал? – спросил его как можно спокойнее, нейтральным таким тоном, скучающим даже. Словно из пустого любопытства.
Билл задумчиво почесал затылок, смешно приподняв бейсболку с силуэтом ковбойского револьвера полковника Кольта.
– Гдето за полторы тысячи экю. Вряд ли больше. Обычный «ругермини» с «веслом», самозарядный, гражданский, двести двадцать третий калибр, у меня недавно за девятьсот двадцать ушел. В легкую. Женщинам такое оружие нравится, особенно после того, как потаскают недолго чтото вроде «Галила»[304]. Так что это хороший выбор для твоих девочек.
– Годится, – удовлетворенно хлопнул я ладонью по пузу, – у меня как раз два карабина лишних. Возьмешь?
Билл округлил глаза. И одновременно подвигал пышными усами из стороны в сторону.
– Специально для меня брал? – спрашивает меня Билл и глядит настороженно, стараясь догадаться об истине по моей мимике и мелкой моторике.
– Нет. Продавали оптом. Пришлось взять ящик. А мне нужно только десять.
Все честно сказал. Ни словом нигде не слукавил, хотя когда Дональд выдал цифру продаваемого оптом количества, то первым местом, куда можно пристроить лишние карабины, пришел на ум именно Билл и его оружейный лабаз.
Оружейник моментально выпалил:
– Ставь на комиссию. Мои двадцать процентов.
– А если я буду уезжать до того, как ты их продашь? – поднял я правую бровь.
– Тогда поторгуемся. – Билл хитро улыбнулся, раздвинув усы.
– Нет, Билли, тогда мне будет поздняк метаться и без торговли, – усмехнулся уже я, – давай торговаться сейчас. Иначе увезу их с собой и гденибудь еще дороже продам. Сам.
– Тысячу, – решился Билл. – Плачу сразу. Наличными.
– Билл, ты хотел на них заработать двадцать процентов на комиссии, и это было бы справедливо. А сейчас ты откатываешь с тобой же названной суммы уже треть. Охрененные проценты, особенно если учесть, что уйдут эти карабины, как ты сказал, влет.
– Может, в обмен чтолибо возьмешь? – Билли развернул жирные плечи и выпятил свое пивное пузо.
– Возьмешь у тебя, как же! Новый ручной пулемет Калашникова на Базе шестьсот экю стоит, а у тебя китаец стоит за семь сотен. Юзаный.
– Джордж, а что ты имеешь против китайского оружия? Оно нормальное, качественное и точное. – Билл моментом стал похож на супервайзера «Гербалайфа», типа «спроси его, как»… грамотно пользоваться китайским оружием.
Три «хаха»!
– Понимаешь, Билли, если бы моя страна не воевала десять лет в Афганистане, где душманы были вооружены поголовно китайским оружием, я бы, наверное, ничего не сказал. Потому как не знал бы. А теперь я знаю. Сталь у них хуже и тоньше, нарезы не так хорошо обработаны, так что точность страдает, да и надежностью не отличаются. Дурацкий игольчатый штык неотъемный. Ширпотреб, в общем. Дешевое оружие для бедных стран, которым даже наше русское оружие не по карману, не говоря уже про ваше.
– Джордж, ты зря так говоришь именно про этот гаджет, – возмутился Билл. – Это модель «тип семьдесят четыре», в нем практически все сделано по советским допускам. И, как говорят, на советском еще оборудовании. Это потом, когда они начали внедрять свои разработки и одновременно вводить дурную рационализацию, качество у китайцев сильно упало. Этот же экземпляр я лично осмотрел и за него ручаюсь. Это не снайперка, конечно, но прижать огнем сможешь любого практически на полмили.
Оружейник аж светился от важности того, что проповедовал.
– Билл, я знаю, что ты можешь эскимосу зимой снег продать, но пойми и меня правильно. Если я захочу взять пулемет, то не для красоты, а для того, чтобы он точно стрелял во врагов. Советский РПК – «семерку»[305] за ту же цену я у тебя бы взял, ничего не спрашивая.
– Нет у меня сейчас советского пулемета, – развел Билл толстыми руками. – Могу хороший швейцарский продать.
– За нереальную цену, как тут все у тебя? – спросил с ехидцей.
– Да нет, всего две тысячи двести, – пожал плечами оружейник, как бы намекая, что это не у него дорого, а я зарабатываю мало. Но я не обижаюсь, я еще ничего тут не зарабатываю, только трачу. Поэтому разумная экономия рулит всем. Нам не до понтов.
– А калибр? – спросил, уже понимая, что этот пулемет не будет выпускаться под русский калибр.
– Швейцарский калибр, – ответил Билл
