Земля лишних — другой мир. Сюда таинственный орден незаметно для окружающих отправляет людей, посчитавших себя лишними здесь — на старой доброй Земле. Но Георгий Волынский к лишним себя никогда не относил. Он попал в этот мир случайно, по ошибке, вместе с автобусом и тринадцатью юными красавицами из эскорта, которых он вез на корпоративную вечеринку.
Авторы: Старицкий Дмитрий
снова переключился на «кольт».
Стрелял классически, с одной руки на 25 метров, попадая в мишень, не хуже, чем когдато из «макарки».
И с двух рук это Билл уже научил такой американской прихватке. И тоже попадал.
Потом, пока Билл бегал в гальюн, стрелял, выхватывая пистолет изза спины, из пояса, при этом мазал безбожно, пока не появился Билл и не отругал меня, как школьника.
Ты думаешь, что если в кино видел, как это делается, так у тебя тоже так же сразу всё получиться? Я вот в кино видел, как один нигер, подняв ногу, ударил пяткой человека по затылку, так что у меня тоже так должно получиться? Во всем свои мелкие хитрости, Ноухау, если хочешь.
Затем он в течение получаса ставил мне правильный хват рукоятки пистолета и правильный вынос руки с «кольтом» изза спины. Раз за разом. После чего я стал попадать навскидку, правда, пока только по ростовому силуэту. С десяти метров. Да, это не «ругермини», который у меня в руках, как родился, и с которым у меня вообще не было никаких проблем.
Когда бьешь навскидку с такого расстояния, поучал меня Билл, То прицельные тебе вообще не нужны, даже лишние. Твой инструмент глаз и рука. Она показывает куда стрелять. Тыкай, как пальцем.
Потом поставили ростовую мишень на пять метров, и Билл, наконецто, стал учить меня стрелять в падении.
В принципе ничего особо сложного, наставлял меня бывший морпеховский сержант, Главное уметь правильно падать. И правильно держать пистолет. Ну и повторить всё это раз этак несколько сот, для закрепления. Вчера ты у меня на мат падал, а теперь на голую землю давай. Только вот подал он мне приспособу, Налокотник на руку одень. А то руку выбьешь нехорошо будет.
Я ещё попадал, стреляя, отбил весь бок, и заполошно запросил отдыха. Трудно это. Выматывает. Да и больно.
Сели тут же на землю, на рубеже.
Закурили.
Помолчали.
Тут Билл и спрашивает.
Жора, а что ты можешь рассказать мне про Катю?
Новая Земля. Свободная территория под протекторатом Ордена, город ПортоФранко.
22 год, 28 число 5 месяца, воскресенье, 15:22
За обедом Саркис дал нам добро на переезд в «Арарат», что вызвало просто бурю эмоций среди бабского личного состава. Зато весь плановый график занятий полетел псу под хвост. Пришлось везти всех в гостиницу к Ною собирать манатки. Рулить этим процессом поставил, естественно, Ингеборге, а Доннермана, за те же деньги, подрядил обеспечить охрану этого действа. Потому, как знаю, что у баб во время сбора вещей голову отрывает напрочь. И по сторонам они не смотрят.
Сам же взял Катю (для охмурения Олега) и поехал на Фреде инспектировать автобус, а то, чтото переделка его затягивается. И вообще я соскучился по своему «путанабусу».
По дороге, в машине, Катя меня натурально огорошила. Взяв в свои руки мою длань, и прижав к своей щеке, она посмотрела на меня умоляющим взглядом Кота в сапогах из «Шрека», но сказала вполне утвердительно.
Жорик, я, наверное, здесь, в ПортоФранко, жить останусь.
Я, откровенно говоря, офигел. Думал, что Катя сейчас заведет тягомутную бодягу о пересмотре гаремного графика или о чёмто таком ещё. Но вот поверить в то, что мягкая беззащитная Катя отважится на такой поступок: спрыгнуть в никуда с нашего, ощетинившегося стволами, автобуса. Это в голове не укладывалось.
На автомате принялся её уговаривать.
Милая, ты же знаешь, как этот город опасен. Сама же чуть не вляпалась в плохую историю в квартале «красных фонарей».
Но, тут же, вспомнил, что та же Катя, совсем сопливая ещё вчерашняя школьница, выжилатаки в Москве на Киевском рынке, с его не совсем гуманными нравами. Правда, в диаспоре. Но всё же, всё же…
И тут оказалось, что у Кати все ходы расписаны заранее.
А я туда, Жора, ходить не буду, клянусь, тут Катя отпустив мою ладонь, торопливо перекрестилась, И жить буду на другом конце города. Устроюсь работать к Саркису. Пусть попробуют меня тронуть у такого авторитетного работодателя, вариант того, что Саркис мог её на работу и не взять она, похоже, даже не рассматривала.
Но как, однако, броуновское движение любовных феромонов резко меняется на встречное. Быстро тут на Новой Земле всё происходит. Бац! И двое влюблённых. Воздух свободы, не иначе. С Биллом всё ясно. Катя для него неземная красавица, какую можно встретить только раз в жизни, и всю оставшуюся локти кусать, если упустишь. А то и не встретить, а только в «Плейбое» полюбоваться, на развороте, как девушкой года. А вот Катя, влюбившаяся в жест, в противоречие его образа в двух ипостасях: тучного увальня за кассой и одновременно
