Земля лишних — другой мир. Сюда таинственный орден незаметно для окружающих отправляет людей, посчитавших себя лишними здесь — на старой доброй Земле. Но Георгий Волынский к лишним себя никогда не относил. Он попал в этот мир случайно, по ошибке, вместе с автобусом и тринадцатью юными красавицами из эскорта, которых он вез на корпоративную вечеринку.
Авторы: Старицкий Дмитрий
жуткий марш (ро крайней мере, для тех, кто воспитан на прусскорусской военной музыкальной традиции) раздался уверенными звуками по всей округе. Играли музыканты громко и закончили свою композицию на полутоне, по отмашке жезла тамбурмажора.
В наступившей оглушительной тишине козёл неожиданно для нас припал на одно колено перед князем. Это впечатляло.
Принц Камри спустился с крыльца по ковровой дорожке, и, подойдя к коленопреклонённому козлу, положил правую руку, затянутую в белой перчатке тому на лоб, (при этом строй гвардейцев, блеснув штыками, разом взял карабины «на караул»), и громко, несколько выспорено, провозгласил.
Мой дорогой сержант Мэдок. Твоя служба кончилась. Отдохни от трудов. Пусть слышат все, что ветераны моей гвардии ни в чем не будут нуждаться. Спасибо за службу, сержант, жалую тебя поместьем и стадом коз.
Все присутствующие зааплодировали козлу, как известной примадонне.
Князь убрал руку и козёл, по неуловимому движению поводка от козлиного майора, встал на все четыре копыта, благодарно кивая рогами.
Оркестр опять грянул чтото невыразимое, но достаточно громкое.
Сержант с козлом встал перед крыльцом по левую руку от князя.
Раздались громкие, но невнятные для меня команды, и строй гвардейцев разом сделал то, что нашей армии и флоте делается по команде: «На одного линейного дистанции… Первый взвод прямо, остальные напра… Во! Шагом… Марш!».
И гвардия пошла под музыкальный марш парадным строем.
Офицеры с саблями наотлёт.
Рядовые с карабинами, которые свечкой стояли у них на ладони правой руки. Шли не хуже роты почётного караула в Москве. И мерный топот сотни ног ритмично перебивал оркестр.
Все, кто был в форме, отдали параду воинское приветствие. Остальные просто невольно подтянулись.
Стафсержант с козлом пристроился в хвост парада, и рота ушла из парка на улицу.
Вслед за ней, не переставая играть, продефилировав перед нами, ушел и оркестр.
Когда звуки оркестра удалились, к нам подошёл знакомый нам майорбарон и сказал.
Князь просит вас всех пройти в бальный зал. Там будет традиционный в таких случаях раут, а потом танцы и фуршет.
Новая земля. Британское содружество. Валлийский принципат. Город НьюПортсмут.
22 год, 34 число 5 месяца, суббота. 20.20
Вдвоём с Наташкой сидели на открытой веранде маленькой кафешки на набережной, и совмещали неторопливое насыщение непритязательной местной кухней с созерцанием реки Мунви, что несла свои быстрые сизые воды в Залив. Самого Большого залива с этого места видно не было. Для этого нужно было переместиться несколько южнее по реке, но нам было уже влом. И если абстрагироваться от промышленного пейзажа на другом берегу, так вообще всё замечательно.
С княжеского раута мы просто сбежали. Поанглийски.
С детства не люблю все эти китайские церемонии, а тут они просто процветают. Отрицая всё английское, местные валлийцы, похоже, просто упивались церемониями английского королевского дома. И даже униформа их гвардейцев в точности повторяла ту, в которой Валлийский полк охранял носителей британской короны на Старой Земле. Разве что медвежьих шапок не было. Так и это, скорее всего, даже не от жары, а от отсутствия гризли на Новой Земле.
В двусветном бальном зале дворца, всем распоряжался типичный английский бифитер. Знакомый всему миру по этикеткам одноимённого джина. Только цвет его ливреи был не красным, а зелёным. И все лакеи были в темнозелёных с золотом ливреях и пудренных париках с буклями, что и в ресторане отеля, в который нас заселили.
Закралось подозрение, что отель этот не что иное, как княжеская спецгостиница для особо важных персон. С чего бы это нам такая честь? Да ещё после такого неоднозначного приговора? И спроситьто некого. Из лиц «приближённых к императору» в знакомых у нас только майорбарон, так и тот правды не скажет дипломат, мать его ити.
Хорошо ещё, что нас, как гостей торжества, представили принцу первыми, и монарху было просто некогда долго с нами беседовать. Всё общение ограничилось несколькими вежливыми, ничего не значащими фразами. Правда, с каждой моделью календаря Зорана князь отдельно перекинулся паройтройкой фраз, в состав которых входил обязательный комплимент красоте собеседницы. Меня же он просто поблагодарил за вкус в подборе ансамбля моделей.
А потом вся толпа его фузилёров по очереди и рангу торжественно представляла князю своих дам: жен, невест или матерей. Тоже традиция, ещё от британской монархии. Не ошибусь, если принц почти всех их
