Их свела любовь, но развела судьба, разбив на осколки оба сердца и навсегда оставив в памяти образ другого. Её дорога вела под венец, оставляя надежду на тихое семейное счастье, его – на войну, в горнило боли и отчаяния. Но рок непредсказуем. Сегодня он щедро одаривает, завтра…. Завтра он лишает своей милости, меняя цвета на шахматной доске жизни, и подводя к той грани, за которой будущее кажется совершенно беспросветным. Но даже в этой, совершенно трагичной ситуации, ты продолжаешь жить, пока не покинула вера. И свет. Свет путеводной звезды, которой станет для них любовь.
Авторы: Бульба Наталья Владимировна
вновь поставила перед страшным в своей неотвратимости выбором, хотелось со стоном опуститься на пол и зарыдать, вырывая из себя то отчаяние, от которого сжимало сердце.
Живой Георгий, которого я не раз успела оплакать, Алина Горская и… нежность его прикосновения!
— А князь? А Сашко? – мысль о себе отступила, стоило только вспомнить о спутниках.
— О них – позаботятся, — твердо заверил меня Махмет, предлагая продолжить путь.
Я снова сделала шаг, подчиняясь его воле, вот только дался он мне с трудом. Андрей…. Георгий….
— Эвелин!
Зря я произнесла его имя….
— Граф, — Махмет осторожно отпустил мою руку, развернулся, закрыв собой, — графиня нуждается в помощи служанок и отдыхе. Все остальное может обождать.
Судя по всему, ждать Георгий был не намерен:
— Эвелин! – повторил он, требуя моего внимания.
Несмотря ни на что, он был моим мужем. Имел право!
— Я очень устала, — так и не обернувшись, тихо и, надеюсь, спокойно, произнесла я. И повторила, не столько пытаясь убедить его, сколько до конца осознавая, какой путь проделала, прежде чем попасть сюда: — Очень устала….
— Графиня была тяжело больна, — вклинилась в наш разговор Амира. – Несколько дней горячки ослабили ее.
— Я пришлю лекаря, — в голосе Махмета явно послышалась забота. – Прошу вас, граф, давайте отложим все разговоры до лучшего времени.
Что думал об этом Георгий, я так и не узнала. Свет померк в одно мгновение, оставив меня в бесчувственной темноте, где не было ни вопросов… ни ответов на них.
— Я вижу, ты уже не спишь, — голос Амиры был мягким, уютным.
— Не сплю, — подтвердила я, чувствуя в теле необычайную легкость.
Стоило об этом подумать, как воспоминания набросились стаей голодных собак, разрывая, грызя….
Я резко села в постели, пытаясь вырваться… понять….
— А вот этого не надо! – на этот раз довольно жестко заметила Амира, тут же оказавшись рядом и прижав меня к себе. – Все в прошлом!
В прошлом ничего не было. Мы обе это знали.
— Как князь? – отстранилась я. О спокойствии говорить не стоило, но хотя бы создать видимость.
Окинула взглядом комнату, в которой находилась.
Узнаваемый горский колорит. Яркие краски, затягивающие в себя, волнующие узоры. А еще много света, который заливал все вокруг, добавляя этому миру ощущения праздника.
— До полного выздоровления еще очень далеко, — поднялась она с кровати. Отошла немного. – Алина – кто она?
Откинув одеяло, села на край. Рубашка, в которую меня переодели, была чистой, а вот тело под ней несвежим, отдавая запахом пота и лишений:
— Маг-целитель. Однажды спасла Георгию жизнь. Принимала у меня роды….
— Так они – друзья? – уточнила Амира, глядя на меня с вниманием.
Друзья?
Память оказалась услужливой, напомнив, как внимательна была Алина, пока я восстанавливалась после рождения Аленки. И о покровительстве Георгия, оберегавшего ее сына. И о просьбе, с которой магиана пришла ко мне, его жене….
И о преследовании барона Метельского…. И о выданном предписании на арест Горской…. И о Трофиме Сорове, маге-дознавателе Канцелярии розыскных дел, влюбленного в Алину….
— Мне надо принять ванну, — оставила я вопрос Амиры без ответа. – А еще… — моя улыбка была слабой, — кажется, я хочу есть.
— Кажется, она хочет есть, — шутливо передразнила меня Амира. – Еще бы не хотела, когда уже утро следующего дня!
— Утро? – не поверила я, поднимаясь. Подошла к окну, с огромный удовольствием вдохнув запах, в котором так много было сладких, цветочных ноток. – Тогда тем более, — повернулась я к Амире.
— Будет тебе ванна, — ласково глядя на меня, отозвалась она. Взяв со столика колокольчик, позвонила.
Мелодичный звук заполнил комнату, разлился, возвращая что-то такое родное, привычное…. На миг защемило сердце… тоской по тем, кто был далеко!
— Да, госпожа, — в комнату торопливо, но не суетливо вошла молодая девушка. В руках глиняная крынка и накрытая полотенцем тарелка. – Рада видеть вас в добром здравии, госпожа, — обратилась уже ко мне. Чуть присела: – Я – Лия, ваша служанка.
— Госпожу надо сделать самой прекрасной женщиной в этом доме, — опередила меня Амира. – А я пока приготовлю платье.
— А платье уже готово, — лукаво улыбнулась Лия, ставя свою ношу на стол. – Княжич Махмет приказал. Сказал, что хочет сделать приятный сюрприз для госпожи.
— Сюрприз? – слегка нахмурилась я. Звучало
