Их свела любовь, но развела судьба, разбив на осколки оба сердца и навсегда оставив в памяти образ другого. Её дорога вела под венец, оставляя надежду на тихое семейное счастье, его – на войну, в горнило боли и отчаяния. Но рок непредсказуем. Сегодня он щедро одаривает, завтра…. Завтра он лишает своей милости, меняя цвета на шахматной доске жизни, и подводя к той грани, за которой будущее кажется совершенно беспросветным. Но даже в этой, совершенно трагичной ситуации, ты продолжаешь жить, пока не покинула вера. И свет. Свет путеводной звезды, которой станет для них любовь.
Авторы: Бульба Наталья Владимировна
ему бумагу.
— Да, конечно… — севшим голосом отозвалась я, подавая. Опять ухватилась за концы шали, как за спасение.
Сургучная печать хрустнула… я вздрогнула, стараясь не смотреть на барона. То, что тот был в бешенстве, ощущала и так.
— А ведь вы должны радоваться, барон, что я избавил вас от больших проблем, — неожиданно насмешливо произнес Илинский. – Превышение полномочий…. Император чтит инициативу, но никак не самоуправство, — добавил он и повернулся ко мне, проигнорировав попытку Метельского что-то объяснить. – Госпожа графиня, в этой бумаге сказано, что барону поручено изъять служебные бумаги вашего мужа. Если вы не станете чинить препятствия и выдадите их добровольно, то основания проводить обыск в вашем доме, будут отсутствовать. Вам ведь известно, где они находятся? – без малейшей паузы спросил он.
Я сглотнула – все было не так хорошо, как мне бы хотелось, но… намного лучше, чем могло быть:
— Да, мне известно, где находятся служебные бумаги мужа, — тихо отозвалась я, едва не пошатнувшись от мелькнувшей лишь теперь мысли.
Георгий?!
— Уж если даже женщина знает, где….
— А вы пока помолчите, барон, — оборвал его Илиниский. – И где же? – подбадривающе улыбнулся он мне.
Помогло мало, но я хотя бы внятно смогла ответить на его вопрос:
— В кабинете графа. В столе. Закрыты на ключ и запечатаны магической печатью.
— Вот видите, барон, — голос Илинского звучал довольно, — а вы – обыск… обыск. – Вы ведь позволите нам подняться и забрать их? – граф был сама любезность.
— Да, конечно… — как я ни пыталась сдержаться, но на глазах выступили слезы. Дочь…. Георгий…. К тому же, все происходило на глазах у мамы Лизы и Степана…. – Я только попрошу вас не шуметь, — едва не срываясь на рыдания, продолжила я. – У меня больна дочь…. Жар только спал….
— Не беспокойтесь, графиня, — свозь влажную пелену я заметила, как дернулся кадык Илинского, — мы будет очень осторожны. Не правда ли, барон?
— Обязательно, граф, — процедил тот сквозь зубы. И уже обращаясь ко мне продолжил: — Куда нам пройти?
— Я покажу, — выступила вперед мама Лиза. Расправила накрахмаленный передник и пошла к лестнице. – Следуйте за мной, — пригласила она, подойдя к лестнице. Оглянулась, остановившись на ступеньке: — Господа, я вас жду…. – И все это так спокойно, что я невольно улыбнулась… понимая, что это ничего не изменит.
— Господин барон, вас ждут, — поторопил Метельского граф, давая понять, что сам он заниматься этим делом не собирается.
Дождавшись, когда барон и сопровождающие поднимутся на второй этаж, показал Степану наверх, мол, проследи, и только после того, как ушел и лакей, повернулся ко мне:
— Эвелин, вам нужно срочно покинуть столицу.
— Что?! – я вновь ничего не понимала.
— Оставаться здесь опасно, — Владимир вроде и говорил без нажима, но я чувствовала, насколько важно то, что он произносил. – Я рад, что успел, но это только начало. Метельский не остановится ни перед чем, чтобы смешать с грязью имя вашего мужа.
— Но почему?! – слезы высохли мгновенно.
— Сейчас это неважно, — Илинский оглянулся на лестницу. – Я его слегка придержу, но… — он резко выдохнул, качнул головой. – Вы должны уехать. До полудня.
— Владимир, как вы себе это представляете?! – не сдержалась я. – У дочери только спал жар….
— Да и сами вы едва на ногах держитесь, — подхватил он. – А еще сын магианы Горской….
— Откуда вам известно?! – кажется, я побледнела… если было, куда больше.
— Эвелин! Дорогая моя, Эвелин, вы, похоже, забываете, где именно я служу, — с легкой укоризной улыбнулся он. – Поверьте, об этом знаю не только я….
— Святая Заступница! – чуть слышно протянула я, закрыв рот руками. – Но как же?!
— Вы должны уехать! – твердо повторил он. – Если вы дорожите своей дочерью….
— Если дорожу… — сглотнула я вставший в горле ком. Наверное, он нашел нужные слова, потому что охватившая меня паника вдруг растворилась в четком понимании, что именно мне предстояло сделать. – Да…. Как только…. – Не договорила я сама. Посмотрела на Владимира, только теперь осознав, какой именно вопрос я так и не задала. – Что с Георгием? Он убит?
— Нет, — взгляд Илинского дернулся, но лишь на миг. – Он пропал. Вместе с очень важными бумагами, которые вез князю Алихану.
— Пропал?! – выдохнула я…. Все вокруг меня закачалось, но я, ухватившись за Владимира, устояла на ногах. – Император считает, что он….
Слово «предатель» произнести я не сумела….
— Ты
