Путеводная звезда

голос прозвучал довольно удивленно.
      — А ты кого ожидал увидеть? — приглушенно отозвался маг и попросил: — Ты не можешь орать потише?
      — Не знал, что ты вернулся в столицу? – неизвестный собеседник Сорова исполнил его просьбу.
      — А кто тебе сказал, что я – вернулся? — маг был все так же спокоен. – Ты не можешь объяснить, что происходит?
      — После того, как узнаю, как ты здесь оказался, и кто находится в карете? – уже другим тоном ответил незнакомец.
      — И это все? – в голосе Сорова можно было услышать не иронию – язвительность. – А на каком основании, друг мой Раевский, ты задаешь подобные вопросы магу-дознавателю Канцелярии розыскных дел?
      У меня на сердце отлегло – вряд ли этот… друг Раевский, служил в том же ведомстве, что и сам Трофим, но самую малость. Судя по ржанию лошадей, остановил нас пусть и небольшой, но отряд.
      — Я – человек подневольный, — после некоторой паузы, ответил Раевский.
      Кстати, имя не было мне знакомо, так что вряд ли он относился к дворянскому сословию. Уж тех, кто проживал в столице, я знала всех.
      — Это я понял, — терпение Сорова, казалось, было безграничным. – А если я на задании и сейчас исполняю поручение императора? – не без провокации продолжил он. – А если я успел отправить магического вестника? – не остановился он на достигнутом.
      — А ты….
      — Возвращаемся к моему вопросу, — жестко оборвал его Трофим. – Что происходит?
      Опять короткая пауза, во время которой я забыла дышать, и Раевский покладисто произнес:
      — Ищем женщину с двумя детьми. Одному несколько месяцев, второй – пацан, лет шести-семи. И служанка с ней.
      — А про мужчину там что-нибудь сказано? – ехидство Трофима отдавала сарказмом. Ответа он дожидаться не стал, тут же продолжил: — По чьему поручению ищете?
      — Барон Метельский… — похоже, совсем сник Раевский.
      — Метельский?! – «искренне» изумленно переспросил Соров. – А вы тут причем? Наших розыскников что ли не хватает?
      — Ты меня спрашиваешь?! – неожиданно вспылил его собеседник. И хотя голоса так и не повысил, но звучало с явной злостью. – Мне этот приказ….
      Он не договорил, но я себе представила его жест, когда ребром ладони по горлу.
      — Сестру я везу домой, — интонации Трофима стали неожиданно мягкими. – Были в Обители.
      — Сестру? – Раевский вроде как пытался что-то вспомнить. – Да… ты рассказывал…. Кажется….
      — Раевский, — скабрезно хохотнул маг, — если я мог тебе о ком-то рассказывать, то только не о сестре. И даже о тех, кто не сестра, в состоянии, когда ты уже ничего вспомнить не мог. Так что…. А сестер у меня две, — неожиданно для меня продолжил он. — Елизавета и Софья. А везу домой я Елизавету, которая месяц назад родила ребеночка и мучилась все это время от женских проблем. – Он сделал паузу, а потом добавил… язвительно: — Это тебе для доклада, чтобы не пришлось поднимать мое дело.
      — Ну, ты и… — мне показалось, что Раевский сплюнул. – А почему ты, а не муж?
      Не зря я так и не расслабилась, когда поняла, что они знакомы. Сила была на стороне Трофима, но… применять ее он не собирался, пытаясь изменить ситуацию более мягким способом.
      — Ее муж на границе, — Трофим опять говорил спокойно. – Слушай, Раевский, — раздался шелест одежды, словно он сдвинулся, — у меня в карете три женщины и один ребенок. Давай, ты нас уже отпустишь, и мы поедем. Отпуск короткий, а мне еще до столицы добираться.
      — Как только я посмотрю… — Раевский тоже отказался от дружеских ноток, проявив свою суть. – И если ты….
      — Вот только угрожать мне не надо… — Голос Сорова стал низким, приобрел какой-то объем….
      У меня по коже прошло холодком от той угрозы, которая в нем звучала.
      — Давай разойдемся миром, — пошел на попятный Раевский. – Я только посмотрю….
      — Но если ты мне разбудишь сестру….
      Я только и успела показать Аннушке на место напротив и тут же легла на сиденье, подогнув колени, чтобы освободить немного места, где мог бы устроиться Трофим.
      Моя горничная оказалась сообразительной девушкой, быстро стянула шаль с себя и накинула ее на меня, слегка прикрыв и лицо.
      Дверца открылась, дохнула предутренней свежестью… я шевельнулась, застонала во сне….
      Закрылась она уже плотно, да я и не собиралась подслушивать дальше, посчитав, что лучше мне остаться лежать, пока Трофим не вернется в карету.
      Ждать оказалось очень тяжело. Минуты тянулись… сердце гулко билось в груди… ладонь сжимала рукоять кинжала, словно именно в нем заключалось наше спасение….
      Карета