Путеводная звезда

      Морщинка, что пролегла по лбу, добавила его лицу суровости, показав мне Георгия совершенно другим, сделав нашу разницу в возрасте более ощутимой, осязаемой….
      Двенадцать лет…. До этого мгновения я до конца не осознавала, насколько он старше. И не только в прожитых годах. В том опыте, которого у меня не было.
      — Если не вдаваться в подробности, о том, что отряд Изверева будет возвращаться именно этой дорогой, должен был знать только сам князь и его ординарец.
      — Должен был? – переспросила я, посмотрев на мужа с недоумением.
      — Такие имелись договоренности, — еще более запутал он меня. Объяснений не последовало, только продолжение: — Их ждали у ущелья, идеальное место для засады. Да и до лагеря оставалось всего ничего, похоже, расслабились.
      — Про ущелье ты ведь сказал не просто так? – начала я кое-что понимать. Если была права, то называлось это предательством.
      — Не просто так, — скривившись, вздохнул Георгий. – Из отряда в живых осталось только четверо – их спасло, что у князя при себе оказался магический вестник. Помощь хоть и запоздала, но не для всех.
      — А князь Изверев? – мне удалось произнести это имя спокойно, хоть внутри все содрогнулось.
      Я провела черту между прошлым и настоящим, но наступивший день заставил сомневаться в том, насколько была честна.
      — Видели, как он упал раненый на самом краю обрыва, но высланный дозор тела не обнаружил. Очень много крови на камнях, следы отпечатавшихся на ней лошадиных копыт, словно его…. – Георгий замолчал, заметив, как я закрыла рот ладонью, чтобы не закричать… — Прости! – он подошел быстрым шагом, опустился передо мной на колено, взял ладони в свои. – Сомнений в том, что он мертв, нет. Как и в том, что легкой его смерть не была.
      — Я навещу отца и расскажу все… — я наклонилась к мужу, коснулась губами его виска. – Ты уезжаешь так спешно….
      — Да, мое солнышко, — улыбнулся он мне. Лучше бы не старался, получилось у него вымученно. – Я понимаю, что ты предпочла бы лишний раз с родителями не встречаться….
      — Георгий, — перебив, с легким нажимом произнесла я его имя, — я навещу отца и расскажу все о судьбе князя Изверева. Ты прав, возможно, это изменит мнение Федора Игнатьевича о сыне его друга.
      Говорить о том, что сильно в этом сомневаюсь, я не стала.
      Род Красиных не из последних, есть чем гордится. И имена предков в Летописях, да и богатством своим славится. Единственное, чего не хватало отцу для полного удовлетворения собственного тщеславия — выгодного брака для своей дочери. Князь Изверев был идеальным вариантом, пока не начал высказывать крамольные мысли и не попал в немилость к императору Ксандру. Вот тут-то и стал… недостойным наследником.
      Его гибель исправить ничего не могла.
      — Но это будет не единственная моя просьба, — Георгий поднялся с колена, потянул меня за собой. Когда я встала, обнял меня, заставив вновь ощутить волнение. – Я хочу, чтобы ты уехала в Виноградово.
      — В Виноградово? – переспросила я, отстранившись.
      До поместья его дяди – графа Горина, два дня пути. И не сказать, что я была против – Алексей Степанович, полковник в отставке, был добрейшей души человек. Георгия он любил, как сына, меня принял столь же тепло, как и мама Лиза, да и малышку нашу, которую приехал навестить сразу, как только позволила магиана, называл своей внучкой, но….
      Чтобы просить меня покинуть столицу с крошечной дочерью на руках, должны были иметься серьезные основания. Даже я, не слишком-то разбираясь в тонкостях политических течений и веяний, это понимала.
      — Мне будет так спокойнее! – Ответ мужа был короток и резок.
      — Я не могу вот так… сразу… — отошла я от Георгия.
      Прошлась по комнате, невольно касаясь всего, что попадалось под руку. Кресло у камина…. Магический светильник на высокой подставке с маленьким столиком, на котором стояла моя любимая статуэтка – девочка в пышном платье с котенком на руках. Подарок бабушки….
      Когда она умерла, очень тихо, в своей постели, просто не проснувшись однажды утром, я потеряла всю семью, которая у меня была.
      — Эвелин! – муж догнал меня у книжного шкафа. Взяв за руку, развернул к себе. – Эта поездка может оказаться очень долгой. Смерть князя перечеркнула всю проделанную нами работу. Начинать придется даже не с начала… — Он не закончил, вздохнул… не тяжело, но как-то так, словно понимал бессмысленность всего, что ему предстояло. – Здесь ты останешься совершенно одна.
      Последний аргумент мог быть не самым удачным. В полном слуг доме говорить об одиночестве трудно, да и не тяготило оно