Путями Сталкеров

до моих друзей, ты вообще в руки не возьмешь ни пистолет, ни автомат. Я приложу все усилия для этого. Но пока мы будем пробираться через Зону, с нами может всякое случиться… Так что бери пистолет, и стреляй!
У девушки во время моей тирады на глазах навернулись слезы, но она все-таки пересилила себя и подняла пистолет.
***
Деликатный стук в дверь. Как не вовремя! Я отстранил от себя Юльку.
— Извини.
Та послушно убрала с меня руки, дала подняться.
— Кто там?
— Эндрю, это Двадцать четвертая. С тобой можно поговорить?
— Один момент.
Через полминуты я уже стоял в коридоре перед Старшей сестрой.
— Чем обязан?
Девушка немного замялась, а потом, решившись, выпалила.
— Эндрю, я завтра иду с вами!
Вот так. А то — Старшая сестра, «синий чулок». Тоже на Большую землю захотелось!
— Без проблем, — я развел руками, — только кто здесь за всеми следить останется?
— За это не беспокойся, — девушка ответила мне Юлькиной улыбкой. Похоже, решение облегчило ее душу. — Двадцать вось… ой, Лиза останется за меня.
— Лиза? — вот это новости! — А как же Роман?
Девушка опять улыбнулась.
— Эндрю, как только Двадцать восьмая узнала, что она станет новой Старшей сестрой — Двадцать пятая, Двадцать шестая и Двадцать седьмая ушли еще со Вторым мужчиной — так вот, она сразу передумала уходить. Как видно, мысль покомандовать ей понравилась больше мысли оказаться за Барьером.
— Людская натура… Знаешь, Старшая сестра, я даже рад, что ты будешь вместе с нами. А сейчас — иди спать. Завтра будет трудный день…
***
С рассветом нас вышло провожать чуть ли ни все население «города»; даже немного страшно было лицезреть в одном месте и в одно время такую массу людей. Отвыкли мы за послеобменные годы. Тем более — практически одинаковых людей.
В итоге, выходило сорок две сестры, включая Юльку, Двадцать четвертую и Катю с Галей. Последние, кстати, уже не были в столь уж большом восторге от общения с Бородой, как и еще добрый десяток девушек, «поименованных» Романом. Которому, в свою очередь, тоже сейчас было не до сантиментов: Роман весь внутренне подобрался — словно и не было недели безделья — и носился вдоль нашей колонны, лишний раз все перепроверяя. Наверное, Долгова обрадовала так удачно разрешившаяся ситуация с Лизой.
Позже последовала короткая прощальная речь прежней Старшей сестры и представление сияющей от удовольствия новой. А вслед за этим мы, провожаемые улыбками и машущими руками, вступили на путь домой.
До Барьера мы добрались, конечно же, без эксцессов, перелезли через стену тоже довольно легко. Чужие постарались хорошо над девчонками — сестры оказались атлетически развиты; но некоторым помочь, все-равно, пришлось. И уже с наружной стороны ограды, я скомандовал пятнадцатиминутный привал.
Мы с Романом повалились на песок, прижимаясь спиной к еще не прогревшимся на солнце каменным блокам, а девчонки во все глаза смотрели на мир за Барьером: огромные, ничем неогороженные пространства, далекие горы на юге, близкий «лесок» внизу, в долине. Какая-то из самых смелых и безрассудных сестер даже решила, не дожидаясь остальных спуститься вниз, к деревьям, но ее прервал властный окрик Двадцать четвертой. Я же вздохнул с облегчением — похоже, что хоть пятнадцать минут можно будет спокойно посидеть, а не следить за взбалмошными девчонками.
Километры до леска преодолели опять-таки без проблем, и уже на опушке, я распорядился сделать еще один привал, после которого уже мы вошли под тень деревьев.
***
— Ну что, уже можно поднять голову? — жалобно спросила Юлька.
— Нет, подожди еще немного. Метров через сто.
— Понятно, — сокрушенно выдохнула девушка.
Не надо вам пока по сторонам смотреть, милые вы мои. Увидите по бокам «нудистов» — Учителей своих — реакция еще какая-нибудь неадекватная последует: побежите там или закричите… А нам это надо? Нам этого не надо. Вот и идем, глазки в землю, цепочкой, я впереди, Борода замыкающий… Хорошо еще, что на этом участке, где «нудисты» расставлены, ловушек никаких не видно…
К счастью, всему приходит конец. Оглянувшись в очередной раз, я удостоверился, что Учителя пропали из поля зрения, вытесненные листвой.
— Все, Юлька. Можешь по цепочке передать — поднимайте головы.
А вот это я зря, как выяснилось, сделал. Весть мгновенно облетела всех девушек, и едва они осмотрелись, порядок в строю мгновенно пропал. Около десяти, не взирая на запоздалый мат Романа и крики Двадцать четвертой с Триста тринадцатой, бросились в лес. Цветочки какие-то увидели или что еще, но наша стройная колонна мгновенно перестала существовать.
Пришлось передать оставшихся сестер на попечение Долгова,