Путями Сталкеров

— Котельников только завистливо покряхтывал, глядя как Роман укладывал пулю за пулей «в яблочко». С тех пор так обязанности и разграничили: Денис, как самый молодой, по-мальчишески подвижный, могущий и пройтись тенью, и пронестись оленем, у нас разведчиком стал. Роман, понятное дело, снайпером. Ну а мне досталось самое сложное — руководить. Ну, и еще, учить. Причем не только пацана, но и вечно небритого Долгова.
Руки с удовольствием приняли винтовку; загрубевшие ладони пропорхнули над веющим прохладой прикладом: заполированным орехом, покрашенным салатовой краской. Хорошо все-таки немцы оружие делали, да и Ромка за ним неплохо следит. Надо будет отметить…
Через великолепные цейсовские линзы была видна абсолютно лишенная растительности макушка мутанта — гом что-то выискивал на земле. Но стоило ему только приподнять голову, как Роман с Денисом услышали отборную матерную брань в моем исполнении — явление, надо отметить, нечастое.
— Петрович, что ты там увидел? — Долгов задал вопрос даже быстрее мальчишки.
Вместо ответа я еще раз прильнул к окуляру. Нет, зрение не подвело.
— Посмотри сам, — винтовка вернулась к Роману, — на лицо гома.
— Да что там такое, Петрович!? — не выдержал уже Денис.
— Ничего особенного, кроме того, что мутант выглядит уж слишком моложаво. Что скажешь, Ромыч?
— Лет пять-шесть ему, не больше, — пробурчал Долгов не отрываясь от разглядывания гома. — Может, все-таки, грохнем урода? — уже более для проформы, чем озвучивая свои мысли добавил Роман.
— Я те грохну! Тоже мне, Громыхало из Подмышки нашелся.
— Откуда-откуда? — встрял в разговор Денис.
— Долгая история, — отмахнулся я. — Давайте лучше подумаем, как мутанта брать будем.
— А нам потом что с ним делать? — как всегда начал спорить Долгов. — Ну, возьмем, а дальше что? База твоя, ну, про которую ты рассказывал, с учеными, в паре тыщ километров находится. Тут, в округе, тоже головастых не замечено. Я в анатомии не сильно шарю. Хотя… конечно, Петрович, как я сразу не догадался. Голова ты! У нас же Джафар есть. А тот быстро проведет радионуклидный анализ, коноплей окурит — и заговорит урод человечьим голосом, и все тайны страшные поведает.
— Смешно. А насчет заговорит — я лично встречал гома, который говорить — вроде не говорил, но зато все прекрасно понимал.
— Ага, и в память о той давно прошедшей любви мы сейчас с голыми руками на урода пойдем. Или у тебя транквилизаторы какие в вещмешочке завалялись?
— Рома, осади! — я начинал закипать. — Ты же прекрасно понимаешь, что если Зона опять гомов начала рожать, то мы должны разобраться…
— Да не разбираться, а предупредить всех! А уродов — мочить! — перебил Долгов. Ромка вскочил на ноги, его глаза кипели бешенством. Еще немного — и кинется в драку. Сколько уже ходим вместе — четыре года? — а Долгов в глубине души не может принять главенство кого-либо над собой.
— Мужики, вы чего? — подал голос ошарашенный Денис, который все время нашего «дружеского разговора» тихо следил за двумя излишне взбудораженными сталкерами.
— Да действительно, погорячились… Ладно, Андрюха, замяли — Роман уже протягивал ладонь. В глазах еще горел огонь, но разум уже победил. Я же говорил — отходчивый…
— Добро! Итак, повторяю, мужики, — многозначительный взгляд в адрес Долгова, — аккуратно спускаемся и осторожно вяжем гома…
— Петрович, — да что же меня перебивают сегодня все! На этот раз Денис, — Петрович, а мутант уже потерялся…
Мы с Романом бросились к краю обрыва. Действительно, гом пропал с поля зрения. Куда он мог деться? Конечно, возле скального отвеса рос кустарник, но высота его была не больше метра; а подняться по практически отвесному склону без соответствующего снаряжения мутант вряд ли смог.
Поиски результата не принесли. Пока мы спускались вниз, прошло почти полчаса: за такое время и Котельников в нынешнем своем состоянии схорониться успел бы, что уж говорить о здоровом молодом гоме.
— Ну и что теперь будем делать, командир? — тон Романа был абсолютно спокоен, со стороны могло показаться, что он уже давно успокоился, только вот насмешливые искорки в глазах выдавали издевку в вопросе и в обращении «командир». — Вечереет…
— Уходим, — я не стал акцентировать внимание на Долгове. В конце-концов, сейчас он поступил правильно, ведь Денис не уловил сарказма ситуации. — Возвращаемся в кишлак.
Вот такие вот спутники у нас подобрались. «Команда…» Три года уже таким составом ходим. Сокращенным. Сначала вчетвером ходили. Но потом погиб Николай. Таджика с русским именем, так и не выучивший язык Достоевского и Тургенева, смертельно ранили в бою с рейдерами. Николай попал под автоматную очередь, пули буквально изрешетили