Путями Сталкеров

уже втроем. На хозяйстве оставались Котельников и все более сдающий с каждым годом Джафар.
Очень скоро наша Команда стала самой известной во всем Горгане. Заказчиками являлись практически все влиятельные люди города, несколько раз обращался даже сам Абул. Собственно и сегодня мы проводили рекогносцировку, собирая сведения для очередного заказа городского главы. Ведь удача любит не только смелых, но и хорошо подготовленных…
…Жаркие, влажные от пота ладони Котельникова прижали к себе. Объятие у бывшего сталкера было воистину медвежье: Сергеич не только не растерял мышечной силы своих лапищ, напротив — инвалидная коляска заставляла ежечасно тренировать бицепсы, трицепсы и прочие мышцы рук. Но Котельников за прошедшие годы стал не только мощнее, он сделался гораздо… сентиментальнее, что ли. Теперь перед каждым выходом Команды Сергеич долго и обстоятельно объяснял нам, что нам нужно делать, чтобы целыми вернуться назад. Нетерпеливый Долгов часто удалялся, так и не дослушав советов старика, остальные, из уважения к сединам, мучались, слушая повторяющиеся из раза в раз рекомендации.
Из нашего возвращения Котельников тоже устраивал выступление «театра одного актера», поочередно очень сердечно поздравляя каждого с благополучным исходом «ходки».
— Сергеич, потише, задушишь! — сказать не получилось — только прохрипеть. Я был последним, кто подвергся экзекуции: Роман с Денисом уже стояли в стороне, разминая болевшие мышцы.
— Ничего, Андрюха, потерпишь! Главное — живой вернулся.
Показалось или у Котельникова действительно мокрым заблестели глаза?
— Иногда мне кажется что, лучше и не возвращаться… — произнес я едва слышно.
— Что? Ты что-то сказал?
— Да нет, тебе послышалось Сергеич. Что там, кстати, Джафар? Плов приготовил, как обещал? А то мы так проголодались, что готовы и сабку сожрать.
***
— Слушай, Сергеич, вопрос у меня к тебе есть.
Две чашки плова, залитые приличной порцией вина, плотно утрамбовались в моем желудке. Состояние полной расслабленности охватило тело, но в голове продолжала крутиться возникшая за ужином мысль, которая все настойчивее требовала своего воплощения в словах.
— А?.. — Котельников устало поднял взгляд. Огненные сполохи от костерка, разложенного прямо на заднем дворе, плясали в его слегка затуманенных глазах. Да, инвалидность, наверное, никому на пользу не идет, а уж бывшему таким деятельным в прошлом сталкеру — тем более. Вот и находил Сергеич теперь успокоение в вине. Надеюсь, сейчас он еще во вменяемом состоянии.
— Я говорю, о том гоме, ну, о котором тебе Паки уши прожужжал, пока мы плов уминали. Денис ведь тебе самого главного не сказал.
— Чего? Чего ты хочешь, Андрюха? Ну не подохла вовремя какая-то тварь, ну так что с того? Че нам, весь Горган теперь на ноги поднимать и охотиться за бедным мутантом? Да он уже загнулся, поди…
— Нет! — легкое опьянение как рукой сняло — все время со мной так во время споров бывает, — Нет, Сергеич. Еще раз повторю — самого главного ты не услышал. Молодо тот Гом выглядел, понимаешь, мо-ло-до! На вид ему, ну, года три-четыре, не больше!
— Слушай, капитан, — Котельников единственный из нашей команды еще величал меня по воинскому званию, — а у тебя головка на солнышке там не нагрелась? А может с глазками чего случилось?
Во, зараза! Развалился в своей коляске и думает, что теперь из-за его инвалидности я ему по морде не заеду. Правильно, кстати, думает.
— Майор, — дедуля хочет вспомнить звания — пожалуйста, — мутанту на вид было не больше четырех, максимум — пяти, лет! Отсюда следует два вывода — либо Зоны научились делать гомов из взрослых людей, либо…
Фраза повисла в воздухе неоконченной. Как сложно сказать эти слова. Как старался я забыть, вытравить из себя даже самые маленькие кусочки воспоминаний о той Цели, которая пять лет назад сорвала капитана Андрея Оленикова с Базы и отправила в безвозвратное путешествие. Цель, которая умерла вместе с тем, прежним, наивным и мало что могущим в современном мире Андреем. И которая сейчас могла появиться в жизни уже сталкера Петровича, босса самой удачливой Команды «ходящих».
— Андрюшка, ты что, хочешь сказать, что где-то дети маленькие есть. Но откуда? Бабы все передохли уже почти два десятка лет назад. А мужики, сколько не старались, забеременеть друг от друга так и не смогли.
— Смейся, Сергеич, смейся. А теперь — ты в состоянии сейчас слушать? Отлично! Тогда слушай. Я об этом тебе никогда не рассказывал. Ты не задавался вопросом — откуда действительно появился тот странный офицер в пустыне и в твоей жизни и чего он вообще поперся с насиженного места, с Базы, где все было, на смерть, в пески?
— Ну… — во взгляде Котельникова