Путями Сталкеров

комок, я подошел поближе; присел на корточки. Так, что тут у нас? Интересно, голову явно не отрывали от тела чьи-то чудовищные лапы; ее не перекусывали гигантские клещи. Срез был ровный; казалось, что башку бедному Ирисметову снесли, что называется, одним ударом, будто гильотиной. И кровушки потом с бедного таджика натекло… Только что же это за головосек у нас в Зоне завелся? Не рассказывал никто из сталкеров о таких уродах, никто не рассказывал.
— Ребята, идем, как шли, по плану. Только с предохранителей стволы снимите и гранаты приготовьте.
Не понравилось мне то, что возле места убийства опытнейшего Близнеца на земле не валялось ни единой стреляной гильзы.
Метры пустых улочек пропадают за спиной. Усталый ветер хлопнет высохшей дверью, заставит притормозить, прислушаться. Нет, все в порядке, можно идти дальше. Вон, справа, на земле виднеется знакомое грязно-черное пятно пресса. Это уже привычно, обыденно, обходим, оставляем сбоку. Здесь, в Казармах, не так много аномалий спряталось в узких переулках. Впереди, в двух кварталах, должен еще один пресс лежать, а за ним: вожделенные конструкции из железа и бетона, скрывающие в своих недрах так необходимый Абулу движок…
Раздаются выстрелы. Короткие очереди. Звуки бьют по барабанным перепонкам несмотря на наушники-капельки, плотно сидящие в ушных раковинах. Если это не звуковая аномалия (кстати, не так уж и часто встречающаяся), то, выходит, стреляют прямо за соседним бараком.
Короткие очереди превращаются в одну, длинную, отчаянную; похоже — во весь оставшийся магазин. Да что же там творится!
Решение принимаю мгновенно. Ирисметов — ни секунды не сомневаюсь, что бой за углом ведет второй Близнец — конечно, наш главный конкурент, но в данной ситуации я готов помочь даже потенциальному врагу. Губы шепчут в мембраны микрофона привычное «Вперед, бегом!», и маленький отряд срывается с места на звуки стрельбы.
Доли секунды разделили нас и то неведомое, что напало на Ирисметова. Роман даже утверждал, что успел различить молниеносное движение в дальнем конце улице, будто что-то убегало от нас. Мне же с Денисом пришлось созерцать другую картину: очередную лужу крови, на этот раз темно-бурую, не успевшую впитаться, с шипевшими в ней раскаленными гильзами. Ну и, разумеется, голову несчастного близнеца. С ровным, срезом, до сих пор капающим красными каплями. Казалось, запах крови пробивался даже сквозь плотно подогнанную резину противогаза.
На этот раз Паки все-таки вырвало. Он, сорвав маску, опустошил содержимое желудка прямо рядом с кровавой лужей.
Говорил же, не наедаться перед походом в Зону…
Тела опять не было. Зачем понадобилось оно неведомому монстру? На обед? Тогда почему тело первого из Близнецов мы нашли на КПП. Принес второй? Или мутант? Или это не мутанты вовсе, а какие-нибудь бандиты шалят? Или Чужие?
— Командир… — Долгов поднял пустой магазин, чудом не запачканный кровью. — На тридцатник патронов. 7.62. Пустой. С кем же они бились, а, командир?
Если бы я знал… Да, на сталкеров вполне могли напасть те самые бронированные «обезьяны», но слишком смущали два обстоятельства. Во-первых, гуманоиды те ужасно глупы, и заловить дважды в одну и ту же ловушку опытнейших Близнецов, ну никак не могли. А во-вторых, этот ровный срез. Не нравился он мне.
Но ничего из своих соображений Долгову я ответить не успел — успевший уже надеть противогаз Денис прокричал в наушники: «Сабки!»
Мутанты появились внезапно, впрочем, как и всегда в Зонах, и повалили на нас. Стая была не слишком большая — порядка полсотни особей, но расстояние твари преодолевали огромными прыжками, и мне пришлось скомандовать отход.
Отступали в строгом порядке, постоянно отстреливаясь. И если мой «Никонов» или «Калашников» Дениса не слишком сдерживали озверевших мутантов, то каждый мощный выстрел GOL-Sniperа Романа прошивал сразу несколько тварей.
Нам удалось сбить первую волну нападавших; сабки, казалось, немного подрастерялись, дав нашему отряду еще несколько секунд для отхода. Вот мы уже миновали приснопамятный пресс, когда мутанты, словно встрепенувшись, вновь рванули на нас. И вновь затрещали короткими очередями автоматы, прореживая стаю, словно заботливый садовник малиновый куст.
Бой продолжился; хотя — какой же это бой! Способных держаться на лапах сабок осталось с полтора десятка — и эти остатки стаи жалобно подвывая пытались, тем не менее добраться до нас. Но ребята уже палили как в тире: неспешно, тщательно выбирая цель. В мыслях они давно одержали победу, и теперь проснувшийся инстинкт охотника полностью поглотил их.
То ли шестое чувство, то ли какое-то отражение лучей света заставило обернуться.