Андрею Оленикову не повезло — его местом службы на ближайшее время стал маленький военный гарнизон, затерянный в необъятной тайге. Менять теплые улицы южнороссийского города на холода Сибири — что может быть хуже для двадцатиоднолетнего молодого человека?
Авторы: Тихонов Антон
чтобы сделать ходку к умершей машине и забрать из нее то немногое, чего у нас не было с собой. Наконец, мы впятером устроились в транспортном отсеке вертолета — оба араба заняли места в креслах пилотов — и винтокрылой аппарат оторвался от поверхности.
Давненько я не летал. Страшно подумать — двадцать лет назад, еще в довоенное время, пассажиром на Ту-154. И хоть та старая аэрофлотовская «тушка» — это, конечно, не новенький «Эрбас» — но по сравнению с дряхлым скрежещущим вертолетом… В общем, при взлете, я испытал целую гамму чувств. Денис, первый раз в жизни поднявшийся в воздух, и вовсе посерел. Из всей Команды только Борода сохранял спокойствие, и этому было простое объяснение.
— …Абул давно меня просит. Ребята, вон, тоже не против. Решили с тобой посоветоваться, Сергеич.
Зимний холодный ветер завывал за окном, тщетно пытался пробиться через стекло в натопленную комнату где вечеряла в полном составе Команда.
— Андрей, — стареющий грузный мужчина поерзал на скрипящем инвалидном кресле, — а ты уверен, что эта жирная сука вас не кинет?
— Сергеич, я его тоже очень люблю, но разве у нас есть выбор? А так — притащим арабу движок и пусть попробует на своем истребителе полетать — авось, разобьется и сдохнет скорее. Летун…
— А что ты против летунов имеешь? — зашевелилась в углу фигура Романа. — А, Командир?
Опять завелся, достал уже!
— А что я должен «за» них иметь? У меня друзей среди летчиков не было, да и спокойней на земле как-то…
— Попридержи язык, Командир, — Долгов и не думал униматься. — Еще одно плохое слово в адрес летчиков, и я могу уже и не сдержаться…
— Цыть, горячие финские парни! — Котельникову надоело слушать, как собачатся члены Команды. — Андрюха, ну видишь, что понесло Романа, так остановись, ты же старше, умнее… Ну а ты, Борода, и вправду, чего завелся?
Долгов зыркнул на меня, перевел взгляд на бывшего майора.
— Тебе, Сергеич, скажу. Батяня у меня вертолетчиком был. Покойный. Часто с собой на борт брал. Нравилось мне это…
— Понятно…
Роман с Денисом расположились вдоль левого борта вертолета, мне же, нервничающий Бача, предложил место напротив мужиков, между ним и молчаливым азиатом. К сожалению, в транспортном отсеке было оборудовано всего пять сидячих мест, так что выбирать не приходилось — перенести болтанку при взлете ветхой машины стоя не представлялось возможным.
Зато когда вертолет набрал крейсерскую высоту и скорость, все внешнее напряжение Бачи испарилось, как будто и не было никогда. Азербайджанец принялся донимать меня вопросами, пока, по большей части, «ни о чем» — так, вежливый интерес хозяина к неожиданному гостю. Напарник Бачи, сидевший справа от меня, внимательно слушал мои односложные ответы — какое-никакое, а развлечение. Денис пялился в иллюминатор, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в ночи через грязное потрескавшееся стекло; Борода, по виду, и вовсе задремал, опершись на свою верную винтовку.
Пожилой азербайджанец, тем временем, дошел в своих вопросах о подробностях нашего похода в Land of Corpse. Сам не знаю почему, но я разговорился. Возможно, все переживания прошедшего дня оказали на меня слишком большое впечатление. Или я уговорил себя, что люди Абула прилетели именно за нами и никаких намерений, как забрать движок, больше не имели. Или просто Бача оказался великолепным слушателем. Но, в итоге я ему поведал про все наши мытарства в последнем походе, опустив все, что касалось Близнецов.
Азербайджанцу во время моего рассказа оставалось только поцокивать да кивать головой.
— … тот урод так и остался стоять, а мы благополучно вышли к Аулу. Дальше ты уже знаешь… — закончил я.
— Любопытно, очень любопытно, — Бача, похоже, всерьез заинтересовался услышанным. — Только поясни, дорогой: ты сказал, что меч у мутанта блестел от свежий кровь. Но чей кровь? Вы же все целый!
Поймал. Дурная башка, проговорился. А если попробовать резануть правду-матку и посмотреть на реакцию?
— Точно, Бача, забыл сказать. Нашли мы в Зоне два трупа. Сталкеров тоже. Братья Ирисметовы, которых Близнецами кличут…
А дальше — несколько секунд, которые, казалось, длились не меньше десяти минут.
— Собака, брешешь! — по-русски кричит сидевший справа азиат. Молниеносным движением мой сосед выбрасывает руку с ножом по направлению к моему горлу, но гремит выстрел — Борода, стреляет по-ковбойски, от бедра — и из простреленной ладони клинок падает на пол.
Второй выстрел Роман уже проводит с вытянутой руки. Меня обдает кровавыми брызгами. Азиат тяжело падает, подвернувшись, на спину. И только теперь, в его задранной кверху голове, я вижу знакомые черты. Парень явно приходился родственником покойным Ирисметовым.
