В Галлоуэйе, одном из живописнейших уголков на юге Шотландии, где частенько любил отдыхать лорд Питер Уимзи, при весьма странных обстоятельствах со скалы срывается художник. Уимзи много раз пытается представить себе, как тот делает роковой шаг, оступается и летит вниз. Но не может. Хотя на первый взгляд все и выглядит как самоубийство, у Питера Уимзи имеются веские причины в этом усомниться. Под подозрение попадают шесть человек, причем ни один из них не испытывает сожаления о гибели своего товарища… Пятеро из них невиновны.
Авторы: Дороти Л. Сэйерс
то мог сначала избавиться от велосипеда. У него было достаточно времени, чтобы спрятать его в холмах. А что, выглядит довольно убедительно! Однако мы не должны слишком полагаться именно на этот вариант. Как насчет других поездов? Например, тех, что идут в Глазго?
Дэлзиел перелистнул пару страниц и предложил вниманию его светлости новую таблицу.
Утро
После полудня
Вечер
Странрар отпр.
11.35
12.30 (от причала Странрара)
4.05
Замок Кеннеди
11.42
—
4.12
Данреджит
11.52
12.42
4.20
Нью-Льюс
12.07 (после полудня)
—
4.33
Гленвилли
12.19
—
4.45
Бархилл
12.35
—
5.00
Пинвери
12.43
—
5.08
Пинмор
12.56
—
5.18
Пинмор приб.
1.06
1.37
5.28
Джирван отпр.
1.11
1.42
5.36
— Так, здесь тоже есть подходящие варианты, — кивнул Уимзи. — Как насчет поезда в двенадцать тридцать пять? Преступник мог легко успеть на него и доехать до Глазго, а оттуда уже направиться куда угодно.
— Да, это точно. Я и сам об этом подумал и протелефонировал начальнику станции в Бархилле, но на том поезде уехали всего четыре пассажира, и с каждым начальник знаком лично.
— Вот как… — сказал Уимзи. — Ясно. Ну, тогда здесь тупик.
— Да. Но это еще не все. Я на этом не остановился. Послал запросы на другие станции данной линии и выяснил, что был некий джентльмен с велосипедом, который сел на поезд в час одиннадцать минут пополудни в Джирване.
— Боже мой, неужели? — Уимзи вытащил подробную карту области и углубился в нее. — Это возможно, Дэлзиел, вполне возможно. Бархилл находится в девяти милях от места преступления, а Джирван расположен еще двенадцатью милями дальше. Скажем, все вместе — двадцать одна миля. Если он выехал в одиннадцать восемнадцать, у него в запасе имелось два часа. Значит, он должен был передвигаться со скоростью около десяти миль в час. Вполне реально для хорошего велосипедиста. Поезд, кстати, не задержался?
— Не задержался. Да, он мог успеть.
— Начальник станции дал какое-нибудь описание?
— Он сказал, что, по словам контролера, это был ничем особо не примечательный джентльмен лет тридцати-сорока, в сером костюме и клетчатом, низко надвинутом кепи. Чисто выбрит, или почти чисто, среднего роста, в больших очках с затемненными стеклами.
— Подозрительно, — заметил Уимзи. — Сможет ли контролер узнать его, как вы думаете?
— Полагаю, что да. Он сказал, что джентльмен говорил, как англичанин.
— Ага! — Уимзи мысленно «пробежался» по своим шести подозреваемым.
Уотерз был лондонцем и говорил на хорошем английском, такому учат в школе. Стрэтчен, хоть и шотландец, имел английский выговор, поскольку обучался в Харроу и Кембридже. Он, к слову сказать, высокого роста, а подозрительный пассажир — нет. Гоуэн был двуязычен: мог разговаривать на нормальном английском с Уимзи и на грубейшем шотландском со своими соотечественниками, да и потом, пышная шелковистая борода, которой никогда не касалось лезвие бритвы, была своего рода местной достопримечательностью — на нее советовали посмотреть всем приезжающим в Керкубри.
Грэхем ничем не уступал истинному лондонцу, его английский выдержал бы испытание и в Оксфорде. А удивительные голубые глаза Грэхема невозможно забыть. Поэтому темные очки? Фаррена никто не принял бы за англичанина — его шотландский не оставлял никаких сомнений. Сам по себе он тоже был притягательной фигурой: широкие прямоугольные плечи, взъерошенные светлые волосы, странный взгляд светлых глаз, поджатые губы и тяжелая челюсть. В Фергюсоне был также узнаваем шотландец — по акценту, хотя и не по речи, а черты лица невыразительные.
— Джентльмен дал какие-нибудь объяснения? — спросил Уимзи, выходя из задумчивости.
— Нет. Он подошел к станции, когда поезд уже стоял на платформе. Упомянул только, что поздно вышел из Баллантри или что-то вроде того. Он взял билет до Эйра. На велосипед была прикреплена соответствующая багажная бирка.
— Велосипед мы, наверное, смогли бы проследить?
— Без сомнения. Я послал запрос в Эйр и Глазго. Может, там его вспомнят…
— А может, и нет, — закончил Уимзи. — Ладно. Теперь, Дэлзиел, как говорится, и я докажу вам, что тоже даром времени не терял.
Его светлость продемонстрировал свой список подозреваемых.
Однако учтите, — предупредил Питер, — что список, может быть, и не полный. Впрочем, нам известно, что человек, которого мы ищем, — художник, а это существенно сужает круг подозреваемых.
