В Галлоуэйе, одном из живописнейших уголков на юге Шотландии, где частенько любил отдыхать лорд Питер Уимзи, при весьма странных обстоятельствах со скалы срывается художник. Уимзи много раз пытается представить себе, как тот делает роковой шаг, оступается и летит вниз. Но не может. Хотя на первый взгляд все и выглядит как самоубийство, у Питера Уимзи имеются веские причины в этом усомниться. Под подозрение попадают шесть человек, причем ни один из них не испытывает сожаления о гибели своего товарища… Пятеро из них невиновны.
Авторы: Дороти Л. Сэйерс
в восемь сорок пять вечера из Дамфриса?
— Так мне дали понять.
— Как же так? Вообще-то поезд в восемь сорок пять не имеет никакого отношения к Лондону. Он направляется Карлайл и прибывает туда в девять пятьдесят девять, что, согласитесь, для ужина поздновато. Почему бы мистеру Гоуэну было спокойно не поужинать, а затем сесть на поезд в одиннадцать ноль восемь из Дамфриса?
— Затрудняюсь ответить. Мистер Гоуэн не поставил меня в известность. Возможно, у него были какие-то дела в Карлайле.
Инспектор посмотрел в широкое, непроницаемое лицо Хэлкока и заключил:
— Что ж, возможно. Не сказал ли мистер Гоуэн, как долго он будет отсутствовать?
— Мистер Гоуэн упомянул, что, возможно, будет отсутствовать неделю или десять дней.
— Оставил ли он какой-нибудь адрес?
— Он выразил желание, чтобы письма пересылались в его клуб.
— И это клуб…
— «Муштабель», Пикадилли. Инспектор записал адрес и прибавил:
— Со времени отъезда вы не получали вестей от мистера Гоуэна?
Дворецкий удивленно поднял брови:
— Нет, — выдержав паузу, он продолжил, менее холодно: — Мистер Гоуэн не имеет обыкновения писать до тех пор, пока нет необходимости дать какие-либо особые указания.
— Ах, вот оно что? Понятно. Значит, насколько вам известно, мистер Гоуэн в настоящее время находится в Лондоне.
— Надо полагать, так.
— Хм-м. Ясно. Ну ладно, а теперь я хотел бы поговорить с Хаммондом.
— Хорошо.
Хэлкок позвонил в звонок, на звук которого прибежала молоденькая, довольно миловидная служанка.
— Бетти, — велел Хэлкок, — скажи Хаммонду, что его присутствия требует инспектор.
— Одну секунду, — вмешался Макферсон. — Бетти, скажите, пожалуйста, во сколько мистер Гоуэн в понедельник вечером уехал из дома?
— Около восьми часов вечера, сэр, — девушка кинула быстрый взгляд на дворецкого.
Он поужинал перед выходом?
— Не могу припомнить, сэр.
— Ну-ну, Бетти, — властно промолвил мистер Хэлкок. — Конечно же, ты можешь вспомнить. Не бойся.
— Д-да, мистер Хэлкок, я могу вспомнить.
— И что, — не унимался дворецкий, — мистер Гоуэн не ужинал дома в понедельник?
— Нет.
Хэлкок кивнул.
— Ну, иди. Передай Хаммонду мое распоряжение. Если, конечно, инспектор не желает спросить тебя о чем-нибудь еще.
— Нет, — покачал головой Макферсон.
— Что-то случилось? — робко спросила Бетти.
— Да ничего, ничего, — ответил дворецкий. — Как я понял, простая формальность. И, Бетти, как только передашь мои слова Хаммонду, сразу возвращайся к себе. Нигде не останавливайся и ни с кем не болтай. Инспектор просто делает свою работу, как и ты, и я.
— Да, то есть, нет, мистер Хэлкок.
— Хорошая девочка, — снисходительно улыбнулся дворецкий, когда Бетти убежала. — Но медленно соображает, если вы понимаете, о чем я.
— Уг-гу, — промычал Макферсон.
Хаммонд, шофер, оказался маленьким, бойким типом. Говорил он с акцентом, который, однако, не мог скрыть в нем коренного лондонца.
Инспектор быстро протарабанил свою вступительную речь о служебном долге и перешел к делу.
— Вы куда-нибудь возили мистера Гоуэна в прошедший понедельник?
— Совершенно верно. Отвозил на станцию в Дамфрис.
— В какое время?
— Мы отбыли в восемь вечера, к поезду восемь сорок пять.
Вы взяли двухместный автомобиль?
— Нет, я взял обычную машину.
— Во сколько мистер Гоуэн вернулся домой в двухместном автомобиле?
— Где-то в семь часов пятнадцать минут вечера. Может чуть раньше, а может, немного позже. Я сам-то поужинал в половине восьмого, а когда вернулся в гараж, увидел, что «райли» уже стоит на месте.
— У мистера Гоуэна было с собой что-нибудь из багажа?
— Что-то вроде сумки. Возможно, один из его дорожных портфелей. Примерно вот такого размера… — шофер развел в стороны руки.
— Так, ясно. Вы видели, как мистер Гоуэна садился в поезд?
— Нет. Он пошел на станцию, а мне велел отправляться домой.
— Во сколько это было?
— В восемь часов тридцать пять минут. Ну, или примерно так.
— И вы поехали обратно в Керкубри?
— Ясное дело. Хотя нет, постойте-ка. Я должен был заехать кое за чем на пути домой.
— Да? А что это было?
— Два портрета мистера Гоуэна, принадлежащие одному джентльмену из Дамфриса. Хозяин не пожелал, чтобы их везли поездом, так что я забрал их прямо из дома. Они были уже запакованы — только взять.
— И вы поехали в этот дом, оставив мистера Гоуэна на станции?
— Точно. Джентльмена зовут Филипс. Дать его адрес?
— Да, пожалуйста. Шофер продиктовал
