В Галлоуэйе, одном из живописнейших уголков на юге Шотландии, где частенько любил отдыхать лорд Питер Уимзи, при весьма странных обстоятельствах со скалы срывается художник. Уимзи много раз пытается представить себе, как тот делает роковой шаг, оступается и летит вниз. Но не может. Хотя на первый взгляд все и выглядит как самоубийство, у Питера Уимзи имеются веские причины в этом усомниться. Под подозрение попадают шесть человек, причем ни один из них не испытывает сожаления о гибели своего товарища… Пятеро из них невиновны.
Авторы: Дороти Л. Сэйерс
было за что. Он сказал Хелен, что она храбрая девочка, и убедительно попросил мать не наказывать дочь ввиду исключительной важности полученной от нее информации. В конце Разговора инспектор в самых решительных выражениях потребовал, чтобы они никому не рассказывали эту историю.
Когда мать с дочерью удалились, Макферсон некоторое время обдумывал услышанное. Время, указанное Хелен, прекрасно вписывалось в отчет, представленный доктором. Да, теперь явно придется отказаться от версии более позднего убийства. Инспектор попытался представить себе всю картину преступления: Кэмпбелл и кто-то еще встретились на дороге и серьезно поссорились. Кэмпбелла убили в драке. Затем убийца положил тело в двухместную машину и, видимо, спрятал автомобиль где-нибудь в стороне от дороги. Потом злоумышленник вернулся за машиной Кэмпбелла и отогнал ее в Гейтхаус, где она и должна была находиться. Ведь только в этом случае можно было инсценировать несчастный случай. Спустя какое-то время преступник вернулся, чтобы забрать собственную машину с телом. И?.. Что потом? Отправился на ней обратно в Гейтхаус?
Инспектор хмыкнул. Здесь что-то не складывалось. Почему, скажите на милость, убийца не спрятал тело Кэмпбелла в «моррис» самого Кэмпбелла и не поехал на этой машине? Ради чего рисковать и оставлять свою машину с трупом где-то у дороги? Ведь на нее мог наткнуться любой случайный свидетель. Зачем отгонять «моррис», а потом возвращаться на велосипеде? Поскольку (и этот очевидно) он должен был вернуться на велосипеде или пешком, если хотел забрать собственную машину. Да, по всей видимости, преступник должен был воспользоваться велосипедом, и он вполне мог погрузить его в двухместную машину. Но вопрос оставался: зачем он оставил тело?
«Возможно, — размышлял Макферсон, — а на самом деле даже более чем вероятно, что на тот момент убийца еще не придумал весь этот хитроумный план с алиби и инсценировкой несчастного случая. Именно в этом кроется причина его поведения. Сначала он хотел просто уехать как ни в чем не бывало, и только позже, разработав свой великолепный план, вернулся за трупом. Но постойте-ка! Не сходится. Ведь он как раз и уехал на машине Кэмпбелла… Единственным объяснением такому поступку может служить тот факт, что у него в уме уже оформилась идея о ложном несчастном случае. Но это просто немыслимо! Если верить показаниям ребенка, а не верить им нет никаких оснований, стычка Кэмпбелла с этим неизвестным была чистой случайностью. И конечно, в несколько кратких мгновений после драки убийца просто не мог разработать столь тщательно продуманный план спасения.
В таком случае была ли встреча случайной? Поведение Кэмпбелла свидетельствует о том, что да. Он остановил свой «моррис» посередине дороги, именно в той точке, где двум машинам сложно разъехаться, и, едва заслышав приближение знакомого автомобиля, еще попытался развернуться, блокируя проезд. Такое спланировать заранее невозможно. Это безумие! Подобные действия скорее приведут к фатальному исходу нежели к запланированной драке. Хотя не стоит забывать, что Кэмпбелл был пьян и мог вовсе не думать о риске столкновения.
Но если верить свидетельнице (в конце концов, не может же инспектор выбирать показания, веря одним и отвергая другие, в угоду своим теориям), то если кто и не ждал встречи, то это именно убийца. Но если преступник не предвидел встречу и не мог предположить, что произойдет убийство, ему незачем было придумывать ложное алиби и несчастный случай заранее».
«Да, — перебил инспектор самого себя. — Хотя одно не обязательно должно следовать из другого. Он мог придумать себе алиби, предполагая, что совершит убийство в другом месте в другое время. И значит, встретившись с Кэмпбеллом, просто воспользовался случаем, чтобы сразу воплотить свой страшный замысел.
Вот только с машинами выходит какая-то путаница. Девочка упомянула об автомобиле, пронесшемся по направлению к Керкубри. Это случилось, когда она добралась до дома. Кто находился в машине? Убийца? Но он должен был ехать на «моррисе» к Гейтхаусу… Или нет? Кто-то третий? Тогда этот кто-то должен был столкнуться с преступником по дороге. То есть заметить его».
Еще немного поразмыслив, инспектор признал, что этот аспект загадки пока представляется неразрешимым, и обратился к другой стороне дела.
Какова связь, если она есть, этой истории с показаниями, касающимися Фаррена? И тут Макферсон внезапно оглушительно хлопнул ладонью по столу. Ну конечно! Время подходит идеально, и здесь кроется объяснение того, почему Фаррен свернул на дорогу, ведущую к площадкам для гольфа. Очевидно, он понял, что молодой фермер соврал, из лучших побуждений пытаясь направить погоню
