В Галлоуэйе, одном из живописнейших уголков на юге Шотландии, где частенько любил отдыхать лорд Питер Уимзи, при весьма странных обстоятельствах со скалы срывается художник. Уимзи много раз пытается представить себе, как тот делает роковой шаг, оступается и летит вниз. Но не может. Хотя на первый взгляд все и выглядит как самоубийство, у Питера Уимзи имеются веские причины в этом усомниться. Под подозрение попадают шесть человек, причем ни один из них не испытывает сожаления о гибели своего товарища… Пятеро из них невиновны.
Авторы: Дороти Л. Сэйерс
— Да, он же все рассказал. А что, разве нет?
— Послушайте, Фаррен, о чем вы толкуете?
— Конечно, о ночи с понедельника на вторник! Бедняга Стрэтчен! Он, наверное, подумал, что я и впрямь решил убить себя!
— Когда, говорите, вы видели Стрэтчена?
— Как раз той ночью, около рудников. Разве вы не знали?
— Помилуйте, откуда? — удивился Питер. — Надеюсь, что сейчас вы мне об этом поведаете.
— Хорошо, будь по-вашему. Полагаю, вы в курсе, что в понедельник вечером мы повздорили с Кэмпбеллом… Кстати, я кое-что вспомнил! Мне показалось или я вправду видел в газетах что-то про Кэмпбелла? Будто бы его нашли мертвым…
— Да. Его убили, — подтвердил Уимзи.
— Убили? Странно, в статье говорилось иначе… Правда, я уже давно не смотрел прессу. Просто случайно наткнулся на заметку. Когда, бишь, это было? Кажется, в среду утром. Заголовок звучал примерно так: «Известный шотландский живописец найден мертвым в реке».
— К тому времени еще ничего толком не выяснили. Врач только после тщательного осмотра установил, что Кэмпбелла ударили по голове, и, произошло это, собственно говоря, либо ночью в понедельник, либо утром во вторник в Миннохе.
— Вот оно как?! Туда ему и дорога! Черт, кажется, я начинаю понимать! Подозревают, что это моих рук дело?!
— Не знаю, — честно ответил его светлость. — Думается, вам следовало бы объяснить свое поведение. Ведь именно вы искали Кэмпбелла в понедельник вечером?
— Что верно, то верно. И если бы повстречал, то прибил. Однако в том-то и дело, что я его не нашел.
— Можете это доказать?
— Хм… Не уверен. Но ведь вы это не серьезно, Уимзи?
— Посмотрим. Выкладывайте свою историю.
— Хорошо, слушайте. Прихожу я домой в понедельник часов этак в шесть вечера и застаю этого паразита, клеящегося к моей жене. Я просто впал в бешенство, Уимзи, и вышвырнул его. Правда, надо сказать, потом повел себя как дурак…
— Подождите-ка! Вы действительно видели Кэмпбелла?
— Завидев меня, он попытался было улизнуть, но не успел. Я велел ему выметаться, а затем высказал жене все, что думаю, настаивая на том, что не потерплю здесь больше этого паршивца. Гильда вступилась за него, и это меня ужасно разозлило. Видите ли, мне совершенно не в чем упрекнуть супругу, кроме одного: она не может и не желает понять, что Кэмпбелл был подлецом и негодяем, каких поискать, и что, принимая его, она выставляет меня на посмешище. Гильда так добра и одержима идеями милосердия, но не видит, что все это не для таких, как Кэмпбелл. Да чтоб меня черти взяли, если он не хотел затащить ее в постель! А когда я весьма деликатно попытался указать, что она ведет себя просто как идиотка, то натолкнулся, так сказать, на глухую стену непонимания. Видит Бог, Уимзи, не хочу по-свински за глаза отзываться о собственной жене, но факт в том, что она преисполнена дурацких идеалов и абсолютно не понимает, каковы люди на самом деле. Улавливаете, о чем я?
— Конечно, — кивнул Питер.
— На самом деле она поистине чудесная женщина. Вот только, боюсь, в последний раз я наговорил глупостей.
— Так бывает, — согласился Уимзи. — В нашей беседе подробности не прозвучали, но могу себе представить сцену, которую вы устроили. Наверное, разгорячились, стали возмущаться, а она замкнулась в себе, и тогда вы наговорили того, чего на самом деле не собирались говорить, рассчитывая ее образумить таким образом. После этих воплей Гильда, скорее всего, ударилась в слезы, чем почти убедила вас в справедливости абсурдных обвинений, которые вы предъявили ей исключительно из желания досадить. Затем вы пригрозили одновременно убийством и самоубийством и сбежали. Поверьте мне, Фаррен, вы не первый и не последний.
— Да, похоже, вы уловили суть, — кивнул художник. — Но тогда я действительно сам начал верить в то, что говорил. Мне и правда показалось, что Кэмпбелл задался целью сделать как можно больше гадостей. В городе я перехватил пару стаканчиков и понесся в Гейтхаус с намерением отыскать мерзавца.
— Удивительно, как вы разминулись в Керкубри! ОН довольно долго сидел в «Гербе МакКлеллана».
— Этот вариант не пришел мне в голову. Я сразу бросился в Гейтхаус, но, к счастью, не застал Кэмпбелла дома. Зато наткнулся на Фергюсона, который обругал меня. Если бы я выпил чуть больше, наверняка сцепился бы и с ним. Потом кто-то мне сказал, что видел Кэмпбелла, направляющегося в Критаун, и я пустился по следу, по дороге добавив еще пару рюмок виски.
— А я слышал, — поправил живописца Уимзи, — что вы дернули в сторону поля для гольфа.
— Разве? Да, верно… Сначала я заехал к Стрэтчену, но его не было. Я то ли оставил записку, то ли попросил кого-то передать ему сообщение…
