Пятница, 13-е

что он боится заговаривать с ней об этом. Элис заметила ту разительную перемену, что происходила с ним по мере приближения к лагерю: он весь как-то напрягся и ушел в себя. Когда они, наконец, въехали на территорию Кэмп-Кристал-Лейка, Кристи остановил машину перед входом и, сжав губы в тонкую полосочку, просто сидел и молча глазел через ветровое стекло на пустые коттеджи. В тот момент он напоминал старого опытного солдата, осматривающего поле грядущей брани.
— Что случилось, Стив? — спросила она.
Он промолчал.
— Стив? — она окликнула его еще раз.
Кристи моргнул, будто пытаясь отогнать от себя какое-то наваждение, затем повернулся к ней и улыбнулся.
— Все нормально, — ответил он. — Просто я подумал о количестве работ, которые нам здесь предстоят.
Но это было не все. Элис знала, что он думал о чем-то другом, о чем не посмел признаться ей. Казалось, что Стив пребывал в отчаянии, что он испуган. Чего же он так испугался? Чем бы это ни было, но всем своим видом он показывал, что для него это вопрос жизни или смерти.
Они лежали вдвоем, их тела соприкасались, блаженствуя от теплого чувства, оставшегося после близости.
Марсия повернулась к Джеку и нежно поцеловала его в щеку.
— Мммм, — прошептала она, — ты прекрасен.
Она еще раз поцеловала его и поднялась с кровати. Свеча на ночном столике уже начала оплывать.
— Ты куда-то собралась? — спросил он, усаживаясь на постели.
— В туалет.
Она пыталась нащупать в темноте свою одежду. Джек напялил на себя рубашку. Марсия отыскала, наконец, свои трусики и тенниску, натянула их на себя, затем накинула на это, не пытаясь разыскать остальную одежду, дождевик. Остальные вещи должны были быть где-то рядом, скорее всего, на полу, но она не смогла бы уже вытерпеть и минуты.
— Возвращайся поскорей, о’кей? — усмехнулся Джек. — А то здесь холодает.
— Ну, я надеюсь, что ты никого не пригласишь согревать себя на мое место?
— Конечно, нет.
Она наклонилась, чтобы еще раз поцеловать его, подобрала фонарик и вышла из коттеджа.
Шел проливной дождь. Марсия улыбнулась, подумав о том, что произойдет, если она сейчас войдет в чей-нибудь коттедж, и ее увидят босой и совершенно голой, если не считать полупрозрачного дождевика и бикини. Но свет виднелся только в окнах главного здания, и она могла разглядеть, как кто-то из ребят пускает клубы дыма, сидя за столом. «Скорее всего, у них сейчас свой праздник», — подумала она.
Элис бросила кости.
— Пять. — Она подвинула свою фишку. — Болтик-Авеню. Покупаю.
— Никто даже не имеет в мыслях останавливаться на Болтик-Авеню, — изрек Билл.
— Ничего страшного, мне просто нравится ее цвет: он очень приятен, — с преувеличенной любезностью ответила Элис, передавая банкиру — Биллу — игральные деньги, взяв у него карточку с названием этой улицы, где была указана плата за остановку на ней.
— О’кей, — Билл начал перемешивать у себя в руке кости.
— Давай-ка побыстрее бросай! — не терпелось Элис.
Билл бросил кубики.
— Ага! Восемь! — Элис сама подвинула его фишку на восемь отделений. — Болтик-Авеню! Ты должен мне один ботинок. Давай сюда.
— Начинается, — он нагнулся под стол и снял обувь.
— Элис почувствовала запах крови, — произнесла Бренда.
— Как это ужасно: так говорить о моей ноге, — возмутился Билл. Он передал Элис проигранный ботинок.
— Спасибо, — поблагодарила та, спрятав выигранную часть туалета за свое кресло. Похоже, они глупеют с каждой секундой. Спасением от этого послужит стаканчик пива. — Знаете, — заметила она, — кажется, мне начинает нравиться ваша игра.
— Остается только ждать того прекрасного момента, когда ты попадешь на мою Олд-Кентукки, — пригрозила Бренда, бросая кости.
— Еще пива? — спросил девушек Билл. Он ловким движением схватил стоявшие на столе пустые бутылки. — Сейчас пиво будет, — кивнул он и пошел в сторону холодильника.
— Так, посмотрим… — подумала о чем-то вслух Бренда. — Ага, а как называется эта железная дорога?
Джек закурил сигарету с наркотиком, спичку выбросил в окно. Он медленно втянул в легкие дым и, выдохнув, вернулся в кровать. Он подумал о Марсии: принимает ли она противозачаточные таблетки? Почему он не поинтересовался об этом заранее! Теперь уже поздно винить себя. Предположим, она забеременеет.
Нет, конечно, она должна предохраняться. Или нет? Ну, она вряд ли захотела бы иметь с ним контакт, если бы не пила таблетки. Но, с другой стороны, он тоже участвовал в этом и не воспользовался презервативом. Почему он этого не сделал? Это было бынеэротичноговорить ей о том, что надо защищать себя от разных случайностей. Честно ли оправдывать себя тем, что гремел гром, сверкали