Пятое правило дворянина

под вопросом.
— А как это вообще произошло? — спросила новенькая и я автоматически отметил, что голос у нее тоже чумовой — бархатный, с легкой хрипотцой, чистый секс… меня даже в жар бросило. — Почему Портал раньше не закрыли?
— Я же говорю — слишком много всего необычного. По твоему вопросу в том числе, — ответил Андрей Денисович. — От момента появления до прорыва обычно проходит неделя, а в этот раз всего несколько часов. Можно сказать, что мы имеем дело с чем-то совсем новым. Не мне вам объяснять, что может случиться, если подобные случаи станут правилом, а не исключением. Департамент просто не успеет реагировать на вновь открывшиеся Порталы и тогда…
Он замолчал, еще немного постоял возле окна, а затем вновь вернулся на свое место.
— Пока подобных случаев больше не повторялось, но это не значит, что их не будет в будущем. Именно поэтому перед нами ставят задачу ускорять процесс насколько это возможно. Разумеется, никто вас в шею не погонит, но работы будет много. Это ясно?
В ответ мы лишь переглянулись между собой. Много значит много, что делать. Других вариантов все равно ведь нет.
— Ну а насчет того, что я вам сказал… смотрите по сторонам и будьте осторожны.
— Зачем вы нас предупреждаете? — насторожился Илья.
— Где-то эта нечисть должна появиться, — пожал плечами Гринев. — Так почему бы не рядом с Мироходцами?
— Хорошенькое дело, — пробурчал Григорьев и поерзал в кресле.
— Граф, хочешь я тебе бронежилет подарю? — улыбнулся ему Алексей. — Наденешь и будешь в нем щеголять по всей Москве.
— Иди ты знаешь куда со своим бронежилетом? — прошипел тот в ответ. — Себе купи, клоун хренов… Я и кольчугу приличную позволить могу при желании.
— Хватит, парни, — хлопнул по столу аншеф. — Идите в песочницу и там ругайтесь. Дети малые!
В кабинете стало тихо и лишь Илья с Мининым продолжали сверлить друг друга недобрыми взглядами.
— Больше не смею вас задерживать. За исключением Соколова все свободны, так что если есть настроение, можете в коридоре продолжить дуэль, — сказал Андрей Денисович.
Загрохотали тяжелые стулья и вскоре все потянулись к выходу. Последним шел Минин.
— Всем готовиться в Мурманск! — крикнул Гринев, прежде чем за Алексеем закрылась дверь.
После того, как все вышли, аншеф внимательно посмотрел на меня и впервые за сегодняшний день позволил себе улыбнуться.
— Владимир Михайлович, ну а вас я должен поздравить. Указом Его Императорского Величества вам досрочно присвоено звание штурмовика, так что поздравляю вас.
— Благодарю, Андрей Денисович, — ответил я. — Вообще-то я думал, что в особом отделе звания это секрет.
— Для кого-то — да, а для меня — нет. У нас все равны, но некоторые все же равнее, не забывайте об этом, — сказал Гринев и вытащил из-под стола большой бумажный пакет. — Так что держите свои новые нашивки, дома посмотрите.
— Спасибо, — еще раз сказал я.
— Не мне, Романову — это ведь он у нас в империи указы выписывает. Тем более, что у него на ваш счет имеется особое мнение… Впрочем, в основном я с ним согласен. Ну, а из хороших новостей это все, теперь перейдем к более прозаичным вещам.
Аншеф раскрыл лежавшую перед ним папку, вытащил из нее лист бумаги и протянул его мне. Это была карта Санкт-Петербургского княжества, на котором в одном месте стоял отмеченный карандашом крест.
— Это место прорыва нечисти, — сказал он.
— Зачем вы мне это показываете?
— Сейчас поймете, — Андрей Денисович откинулся на спинку своего стула и посмотрел на меня своим острым, колючим взглядом. — На счет этого прорыва я рассказал не всю информацию, которая у нас имеется к этому моменту.
Почему-то я вообще не был удивлен — когда это руководство выкладывало все как есть?
— Подобные прорывы произошли не только в Российской империи. Нам не известно сколько их было всего, но располагаем информацией как минимум еще об одном. Он произошел в Греческом княжестве. Мы давно сотрудничаем с греками, поэтому они не стали скрывать от нас эту информацию и сразу уведомили о случившемся. Разумеется, мы поступили так же.
— Может быть других и не было? — предположил я.
— Не думаю, — покачал головой Гринев. — Скорее всего остальные просто молчат. Либо пытаются решить вопрос самостоятельно, либо просто держат информацию в тайне… Мы-то тоже не трубим об этом на весь мир, правильно? Кому охота рассказывать, что прорыв просрали…
— На это есть причины.
— Это не важно, виконт. Есть такое понятие как государственный престиж и иногда интересы державы стоят намного выше подобного рода недоразумений.
— Но ведь такое бывало и раньше, не так ли?
— Что именно бывало, Соколов? Прорывы? Да, случались…