Пятое Правило Волшебника, или Дух огня

выучился и смог прожить еще один день. Он думает о своем народе не больше, чем о грязи под ногами. Он без раздумья отбрасывает дарованную ему по нашим законам жену. Он обращается со своей законной женой, как с тварью последней, вспоминая о ней, лишь когда понадобится. Древние законы обещали нам Кахарина. Признаю, что они вовсе не обещали такого, что станет почитать свой народ и его обычаи и законы, объединившие нас, хотя, по моему мнению, любой нормальный человек почтил бы тех, кто так много выстрадал ради него. Я пережила гибель моих мужей от твоей руки и оплакивала их подальше от твоих глаз, чтобы ты не страдал от этого. Мои дети храбро пережили смерть своих отцов, павших от твоей руки. Они плакали по ночам, тоскуя о мужчине, что целовал их на ночь и желал добрых снов. А ты даже не потрудился поинтересоваться, каково мне без моих мужей, которых мы с детьми нежно любили, не поинтересовался ты и как пережили потерю мои дети. Ты не спросил, как жилось мне без моего нового мужа, данного мне согласно нашим законам, пока он носился где-то в поисках других жен. Тебе настолько наплевать на меня, что ты даже не соизволил упомянуть о моем существовании своей новой жене.
Дю Шайю возмущенно вздернула подбородок.
– А теперь, значит, мне дозволено слово молвить? Теперь, значит, ты желаешь услышать, что я хочу сказать после столь долгого и трудного пути? Теперь, значит, желаешь узнать, есть ли мне что сказать достойного твоего высокородного слуха?
Дю Шайю плюнула Ричарду под ноги.
– Мне стыдно за тебя! – И повернулась к нему спиной.
Ричард уставился ей в затылок. Мастера меча смотрели кто куда, делая вид, что они глухие и слепые и вообще их тут нет.
– Дю Шайю! – Ричард и сам начал потихоньку закипать. – Не сваливай на меня смерть этих людей! Я сделал все, что мог, чтобы избежать схватки. И тебе это прекрасно известно. Я умолял тебя прекратить это. Ты могла это сделать, но даже не попыталась остановить их. Я был вынужден сделать то, что сделал. Ты отлично знаешь, что у меня не было выбора.
– У тебя был выбор! – сверкнула она глазами, полуобернувшись. – Ты мог предпочесть умереть, а не убивать. В благодарность за то, что ты для меня сделал, за то, что спас меня от маженди, я пообещала тебе, что если не будешь сопротивляться, то умрешь быстро. И тогда потеряна была бы лишь одна твоя жизнь, а не тридцати человек. Раз уж ты такой благородный и так радеешь за сохранение жизней, тебе следовало пожертвовать собой.
Ричард, скрипнув зубами, потряс пальцем.
– Ты натравила на меня своих людей и надеялась притом, что я просто позволю себя убить и не стану сопротивляться? Дай я тогда себя убить, смертям бы не было конца! Ты отлично знаешь, что я принес вам мир, который сохранил гораздо больше жизней! А во всем остальном, что происходит, ты не понимаешь вообще ничего!
– Ты ошибаешься, муж мой, – фыркнула Дю Шайю. – Я понимаю гораздо больше, чем тебе хотелось бы.
– Магистр Рал, – возвела Кара очи горе, – вам действительно нужно научиться больше уважать ваших жен, иначе у вас дома не будет ни минуты покоя. – И продолжила чуть слышно краешком губ, шагнув вперед: – Дайте мне с ней поговорить как женщине с женщиной. Посмотрим, не смогу ли я утрясти для вас это дело.
Подцепив Дю Шайю под руку, Кара отвела ее в сторонку для приватного разговора. Шесть мечей выскочили из ножен. В мгновение ока мастера меча двинулись вперед, перебрасывая вращающиеся мечи из одной руки в другую. Свистящие клинки сверкали на солнце.
Охотники Племени Тины шагнули им наперерез. В считанные мгновения спокойные равнины превратились в поле битвы.
– Всем стоять! – рявкнул Ричард, подняв руку.
Он встал перед Карой с Дю Шайю, перекрывая воинам путь.
– Кара, отпусти ее. Она – их мудрая женщина. К ней нельзя прикасаться. Тысячелетиями людей бака-тау-мана уничтожали и приносили в жертву маженди. И по вполне понятной причине бака-тау-мана выходят из себя, когда к ним прикасаются чужаки.
Кара немедленно выпустила руку Дю Шайю, но из обеих групп воинов ни одна не желала отступить первой. У охотников Племени Тины внезапно на их землях появились враждебные чужаки. У мастеров меча вдруг появились противники, готовые напасть на них за то, что они защищают свою мудрую женщину. В столь накаленной обстановке легко могло произойти такое, что кто-нибудь один мог сорваться и напасть первым, а уж трупы начать считать потом.
– Слушайте меня! Вы все! – снова гаркнул Ричард.
Рукой он нашарил на шее Дю Шайю кожаный шнурок, надеясь, что это именно то, что он ищет.
Глаза охотников расширились, когда Ричард вытащил вещицу на свет и они увидели болтающийся на шнурке свисток Птичьего Человека.
– Это свисток, что мне подарил Птичий Человек. – Краем глаза