Могло ли случиться так, что Зло, отыскивая путь в мир, избрало своим оружием Любовь? Могло. И случилось. Ибо, спасая жизнь Ричарда Сайфера, Искателя Истины, его возлюбленная Кэлен случайно освободила древний Ужас. И имя этому Ужасу — шимы, духи подземного мира. Те, что живут вне времени. Те, что могут ждать веками, но, дождавшись своего часа, вырвутся на волю — и пожрут магию мира. И станут гибнуть люди. И спустится на землю Тьма. И снова отправится в путь Искатель Истины, чтобы погибнуть в неравном бою — или победить и постигнуть в борьбе Пятое Правило Волшебника…
Авторы: Терри Гудкайнд
со стороны хакенцев это каким-то образом оказалось ошибкой?
Кэлен, взмахнув сжатым в руке кусом тавы с кашей, подчеркнула значимость своих слов.
– Помимо чтения и математики, детям преподавали историю и культуру, чтобы они понимали свое место в культуре и обществе своей страны.
Хакенцы хотели, чтобы все дети знали, что существуют пути гораздо лучшие, чем война и завоевания. Они считали, что, если андерцы будут рассказывать детям о жестоком хакенском завоевании благородного андерского народа, это поможет их детям вырасти более цивилизованными, уважающими других. Но вместо этого андерцы внедрили в юные умы чувство вины, что способствовало подрыву единства хакенского общества и падения уважения к авторитету хакенского правления.
А затем случился природный катаклизм – длящаяся целое десятилетие засуха. Именно в этот период андерцы наконец предприняли шаги, чтобы скинуть хакенское правление.
Вся экономика страны базировалась на зерне, главным образом пшенице. Фермы чахли, и фермеры не могли поставить на экспорт зерно, за которое торговцы уже заплатили вперед. Торговцы требовали возврата денег, поскольку все пытались пережить трудные времена. Многие, у кого не было достаточно финансовых средств, потеряли свои фермы.
Можно было ввести государственный контроль, чтобы снять панику, но правящие хакенцы боялись, что это не понравится стоящим за их спиной ростовщикам.
А потом пришли еще большие беды.
Люди начали умирать. Вспыхнули голодные бунты. Ферфилд сожгли дотла. И хакенцы, и андерцы подняли жестокие восстания. В стране царил хаос. Многие перебрались в другие страны, в надежде найти там лучшую долю, пока не умерли с голоду.
Андерцы, впрочем, воспользовались своими деньгами, чтобы купить продовольствие за границей. Только финансовые запасы богатых андерцев позволяли закупать пищу за рубежом, и для большинства эти поставки были единственной возможностью выжить. И андерцев благодаря этим зарубежным поставкам стали считать спасителями.
Андерцы покупали разорившиеся мастерские и фермы у людей, страдавших от безденежья. Андерские деньги, какими бы скудными они ни были, и их продовольственные поставки были единственным, что спасало большинство семей от голодной смерти.
И вот тогда андерцы затребовали истинную цену и начали осуществлять свою месть.
Правительство хакенцев толпы на улицах обвиняли в царящем в стране голоде. Андерцы же, с их торговыми связями, провоцировали и расширяли народное недовольство. В стране наступила анархия, хакенских правителей убивали прямо на улицах, их тела волочили перед ликующей толпой.
Хакенские ученые кровожадные напуганные толпы сочли виновными за голод. Образованных хакенцев называли врагами народа даже большинство хакенцев – фермеры и рабочие. Образованным хакенцам устроили кровавую резню. В период беззакония и восстаний весь хакенский правящий класс систематически вырезался. Каждый занимавший более или менее ответственный пост хакенец был подозреваемым и, следовательно, подлежал уничтожению.
Андерцы быстро уничтожили – либо финансовыми способами, либо руками зверствующей толпы – все принадлежавшие хакенцам предприятия и концерны.
И в образовавшемся вакууме андерцы захватили власть и навели порядок в обеспечении продовольствием голодных – как андерцев, так и хакенцев. Когда пыль улеглась, андерцы уже управляли страной, а вскоре при помощи сильных наемных войск установили там свой порядок.
Ричард перестал жевать. Он ушам своим не верил. Он ошарашенно смотрел на Кэлен, которая, живо жестикулируя, повествовала о падении разума.
– Андерцы поставили все с ног на голову, представив белое черным, а черное белым. Они провозгласили, что никакой хакенец не может справедливо судить андерца из-за древней традиционной хакенской несправедливости к андерцам. А андерцы, из-за того, что их так долго и несправедливо угнетали хакенские правители, наоборот, отлично понимают, что такое неравенство, поэтому они, и только они, могут судить по справедливости.
Принятие как должное баек о жестокости хакенцев было единственным способом уцелеть. Испуганные хакенцы, пытаясь доказать, что эти жуткие обвинения ложны, и желая избежать гибели от руки хорошо вооруженного войска, добровольно подчинились власти андерцев и их беспощадных наемников.
Андерцы, так долго лишенные власти, безжалостно насаждали свои привилегии.
Хакенцам отныне запрещалось занимать ответственные должности. Постепенно, якобы потому что хакенские правители требовали от андерцев, чтобы к ним обращались по фамилии, хакенцам отказали даже в праве носить фамилию, разве что они каким-то
