Пятое Правило Волшебника, или Дух огня

Выше него только Создатель.
– Могу я поинтересоваться, как это произошло?
– Бертран сказал, что Создатель говорил с ним. – Ее взгляд устремился в пространство. – И Создатель сказал Бертрану, что из-за того, что я верна тебе и никогда не была с другим мужчиной, и из-за того, что ты верен мне, Создатель избрал меня, чтобы я стала той, кто облегчает земные тяготы Бертрана.
Ее взгляд снова сфокусировался на нем.
– Так что, как видишь, Далтон, это и для тебя награда тоже. За твою верность мне.
– Да, уж это-то я вижу, – с трудом проговорил Далтон.
– Бертран говорит, что это моя святая обязанность.
– Святая обязанность.
– Когда я с ним, это как… Не знаю… Это нечто особенное. Помогать Суверену в этом мире – не только обязанность, но и большая честь. Подумать только, я помогаю ему снимать чудовищное напряжение, в котором он пребывает как Суверен. Это ведь чудовищная ответственность – быть Сувереном, Далтон!
– Ты права, – кивнул Далтон.
Видя, что он не сердится и не намерен устраивать скандал, Тереза подошла ближе.
– Далтон, я по-прежнему тебя очень люблю.
– Рад это слышать, Тэсс. Именно это меня больше всего и беспокоило. Я боялся, что утратил твою любовь.
– Да нет же, глупенький! – Она схватила его за плечи. – Я по-прежнему тебя люблю! Но Суверен призвал меня. Ты должен это понимать. Он нуждается во мне.
Далтон сглотнул комок.
– Конечно, дорогая. Но мы можем… Мы можем по-прежнему… Мы можем спать вместе?
– Ах, Далтон, ну конечно же, можем! Так вот что тебя тревожит? Что я не найду для тебя времени? Далтон, я люблю тебя и буду всегда тебя хотеть.
– Отлично, – кивнул он. – Просто здорово.
– Пойдем в постель, любовь моя, и я покажу тебе. Возможно, ты теперь даже сочтешь меня более привлекательной. И, Далтон, это большая честь – быть с Сувереном. Все будут еще больше уважать тебя.
– Уверен, что ты права.
– Тогда пошли в постель. – Она поцеловала его в щеку. – Позволь мне показать тебе, каким счастливым я могу сделать тебя!
Далтон потер лоб.
– Мне бы очень этого хотелось, солнышко, честное слово, но меня ждет уйма срочных дел. Голосование только что закончилось…
– Знаю. Бертран мне сказал.
– Бертран?
Она кивнула:
– Суверен, дурачок! Он мне сказал. Я так тобой горжусь, Далтон! Я знаю, что ты принимал в этом участие. Это не только Бертрана работа. Я знаю, что ты приложил руку к его победе.
– Отчасти. Очень любезно со стороны Суверена обратить внимание на мой скромный вклад.
– Он очень высоко о тебе отзывается, Далтон.
– Счастлив это слышать. – Далтон откашлялся. – Э-э… послушай, Тэсс, мне нужно… нужно возвращаться к… к работе. Меня ждут срочные дела.
– Мне тебя подождать?
– Нет-нет, дорогая! – Он махнул рукой. – Я должен съездить в Ферфилд по одному делу.
– Сейчас? На ночь глядя?
– Да.
– Далтон, тебе не следует так много работать! Пообещай мне побольше времени уделять себе самому! Я беспокоюсь о тебе.
– Не стоит. Со мной все в порядке.
Она улыбнулась самой соблазнительной улыбкой:
– Пообещай, что найдешь время заняться со мной любовью!
Далтон улыбнулся в ответ:
– Ну конечно, обещаю! – Он поцеловал ее в щеку. – Спокойной ночи, дорогая!
Державшая склянку женщина нахмурилась:
– Я вас знаю?
– Нет. – Кэлен отвернулась, чтобы лицо оставалось в тени. – Это маловероятно. Я издалека. И приехала в Ферфилд специально за этим.
На Кэлен была простая одежда, в которую она облачалась во время поездок, а голову покрывала шаль, скрывающая длинные волосы. Она сразу надела шаль, как только отошла подальше от лагеря. Ричард отсутствовал, и солдаты настаивали, что будут сопровождать ее на прогулке. Кэлен приказала им оставить ее в покое и возвращаться на посты.
На Кару такой приказ не произвел бы ни малейшего впечатления. Кара бы его просто-напросто проигнорировала. Солдаты не были столь бесстрашны, или столь нахальны, или столь умны, как Кара.
– Что ж, я все понимаю, милая моя, – вздохнула знахарка. – Немало женщин приезжает за такого рода вещами.
Она протянула закупоренную склянку, явно желая сначала получить деньги. Кэлен вручила ей золотой соверен.
– Сдачи не надо. Взамен я жду от вас молчания.
– Я все понимаю, – наклонила голову женщина. – Благодарю вас, дорогая. Вы очень щедры. Благодарю.
Кэлен взяла склянку и зажала в руке, глядя сквозь матовое стекло на прозрачную жидкость внутри сосуда. И сообразив, что другую руку прижимает к животу, уронила ее вдоль тела.
– Теперь вот что. Поскольку я только что ее сделала, она сохранит свое действие до утра, – указала женщина на плохо сделанную склянку. –