Пятое Правило Волшебника, или Дух огня

поместья. И теперь она намерена раздуть из этого целую историю? Вот переполоху-то будет! Далтон, я тебе точно говорю, она что-то затевает.
Тереза стала рассказывать о чем-то еще, но Далтон перебил:
– Что говорят о ней другие женщины? О намерениях Клодины?
Тереза положила кисточку на трюмо.
– Ну, все мы думаем, что это просто ужасно. То есть я хочу сказать: министр Шанбор – человек значительный. Да он же в один прекрасный день вполне может стать Сувереном! Ведь наш Суверен уже далеко не молод. Министра могут призвать на Трон Суверена в любой момент. Это жуткая ответственность. – Глядя в зеркало, она достала заколку для волос, затем повернулась и потрясла ею у мужа перед носом. – Министр ужасно загружен и очень много работает. И имеет полное право на безобидные развлечения. И женщины не возражают. Никого это не касается. Это их личная жизнь, которую совершенно незачем выставлять на всеобщее обозрение. К тому же маленькая дрянь сама напросилась.
С этим Далтон поспорить не мог. За всю свою жизнь он так и не сумел понять, как женщины, будь то благородные андерки или простушки хакенки, могут строить мужчине глазки, а потом удивляться тому, то тот поднимается, фигурально выражаясь, в атаку.
Конечно, та девушка, Беата, слишком юна и неопытна, чтобы разбираться во взрослых играх. Не предвидела она, как Далтон предполагал, и участия Стейна в этой истории. Далтону было даже немного жаль девушку, хоть она и хакенка. Нет, она не заметила притаившегося Стейна, когда восхищенно улыбалась министру.
Но прочие живущие в поместье и взрослые женщины, приезжающие из города на пиры и приемы, – те прекрасно знали, что такое министр, и у них не было оснований возмущаться.
Далтон знал, что некоторые лишь немного обижались, когда не получали какого-нибудь вознаграждения. Короче, пряника. И тогда это улаживал Далтон. Находил подходящий пряник и старался наилучшим образом убедить их, что пряник придется им по вкусу. Некоторые мудро принимали щедрый дар – большинство именно этого и хотели в первую очередь.
Далтон нисколько не сомневался, что женщины поместья всполошились, прознав о намерениях Клодины. Многие из них побывали в постели министра, соблазненные ореолом власти. И у Далтона имелись все основания полагать, что те, которые еще не побывали там, к этому стремятся. А Бертран либо еще не добрался до них, либо не пожелал. Как и предыдущий министр, он имел обычай назначать сотрудников поместья лишь после знакомства с их женами. Далтону уже пришлось отказать от места одному человеку потому лишь, что Бертран счел его жену слишком плоской.
Жаждущим лечь под министра не было конца, а министр отличался ненасытностью. Впрочем, у него имелись определенные требования. Как многие мужчины в возрасте, он предпочитал юных.
И в отличие от многих мужчин в возрасте имел возможность удовлетворять свое пристрастие, не посещая городских проституток. Бертран Шанбор избегал шлюх, как чумы, опасаясь подцепить какую-нибудь заразу.
Бертран Шанбор имел постоянный источник здоровых молодых женщин с ограниченным опытом и определенной внешности. Они добровольно слетались на огонек практически неограниченной власти.
Далтон ласково погладил Терезу по щеке. Ему посчастливилось заполучить женщину, не только разделявшую его честолюбивые планы, но и в отличие от многих разборчивую в способах их воплощения.
– Я люблю тебя, Тэсс.
Удивленная неожиданной лаской, она взяла его ладонь обеими руками и осыпала поцелуями.
Далтон не знал, чем заслужил ее. В нем не было ничего, что могло привлечь такую славную женщину, как Тереза. Она – единственное, что он заполучил не одним лишь усилием воли, сметая всякое сопротивление и убирая все препятствия со своего пути. В нее он был безумно влюблен.
Когда добрые духи сочли возможным забыть все ошибки, совершенные Далтоном, и наградить его этим пряником, Далтон, не размышляя, вцепился в дар мертвой хваткой.
В страстные мечты, которым он предавался, гладя в полные обожания глаза Терезы, вмешалась действительность.
Клодиной придется заняться вплотную. Ей просто необходимо заткнуть рот. Далтон перебрал в уме все, что можно предложить в обмен на молчание. По сути, абсолютно всем безразличны похождения министра, но обвинение в изнасиловании, выдвинутое благородной дамой, может повлечь за собой крупные неприятности.
Среди Директоров есть и такие, что придерживаются воздержания. Директора Комитета Культурного Согласия очень пристально следят за теми, кто может стать Сувереном. Некоторые хотят видеть следующим Сувереном человека, отличающегося более строгими правилами. И они имеют право отклонить любую кандидатуру.
После