Пятое Правило Волшебника, или Дух огня

всем без исключения. Иногда это были черепахи, иногда птицы. И тех, и других специально выращивали для этих целей, чтобы порадовать и изумить гостей.
Когда оруженосцы с деревянными бадейками начали обходить столы и собирать расползшихся черепах, госпожа Шанбор подозвала мажордома и велела ему отменить представление перед следующей переменой. Затем она поднялась, и по залу пробежал шепоток, после которого повисла тишина.
– Добрые люди, уделите мне толику внимания, будьте так любезны. – Хильдемара оглядела зал, желая убедиться, что все ее слушают. Ее платье, казалось, светится холодным серебристым светом. – Высочайшее призвание и наш всеобщий долг – помогать нашим нуждающимся согражданам. Сегодня наконец мы надеемся сделать следующий шаг в оказании помощи детям Андерита. Это весьма решительный шаг, требующий мужества. К счастью, у нас есть вождь, обладающий таким мужеством. Для меня огромная честь представить вам величайшего человека, с которым я удостоилась быть знакомой, человека честного, неустанно работающего на благо нашего народа, человека, никогда не забывающего о нуждах тех, кто больше всего нуждается в нас, человека, для кого забота о лучшем будущем нашего народа превыше всего, – моего мужа, министра культуры Бертрана Шанбора.
Хильдемара надела на лицо улыбку и, зааплодировав, повернулась к мужу. Зал взорвался аплодисментами и приветственными криками. Бертран, сияя, поднялся и обнял жену за талию. Она восторженно поглядела ему в глаза. Он ответил исполненным любовью взглядом. Гости завопили громче, радуясь, что столь возвышенная супружеская чета смело ведет Андерит вперед.
Далтон встал и зааплодировал, высоко подняв руки, вынуждая всех присутствующих встать тоже. Он изобразил широчайшую улыбку, чтобы даже те, что сидят в самом конце зала, увидели ее, а затем, продолжая хлопать, повернулся к министру с супругой.
Далтон работал со многими людьми. Некоторым из них он не доверил бы провозгласить даже тост. Другие отлично следовали его планам, но не могли ухватить всю картину в целом до тех пор, пока не видели конечный результат. Никто из них не мог играть в одной лиге с Бертраном Шанбором.
Министр мгновенно ухватил суть и цель наспех изложенного Далтоном плана. Он вполне мог усовершенствовать его и сделать своим. Далтон никогда не видел человека столь ушлого, как Бертран Шанбор.
Улыбаясь, Бертран поднял руку, одновременно отвечая на приветственные вопли и призывая к тишине.
– Граждане Андерита, братья и сестры, – начал он низким, искренне звучавшим голосом, разносившимся до самых дальних уголков зала. – Сегодня я прошу вас задуматься о будущем. Пришло время нам проявить мужество оставить наши прошлые привязанности там, где им и место, – в прошлом. Вместо этого мы должны задуматься о будущем наших детей и внуков.
Он замолчал и, улыбаясь, ждал, пока смолкнет новый взрыв оваций. Затем продолжил, вынуждая публику к тишине:
– Наше будущее обречено, если мы позволим ретроградам править нашим воображением вместо того, чтобы дать возможность умственному потенциалу, дарованному нам Создателем, устремиться в свободный полет.
И снова ему пришлось ждать, пока стихнут рукоплескания. Далтон восхищался соусом, которым Бертран сдобрял в ином случае довольно неаппетитный кусок.
– Мы все, присутствующие в этом зале, облечены возложенной на нас ответственностью за весь народ Андерита, а не только за тех, кому повезло в жизни. Пришло время нашей культуре включить в себя всех жителей Андерита, а не только избранных.
Далтон вскочил и, хлопая в ладоши, засвистал. Все немедленно последовали его примеру и встали, разразившись приветственными криками и свистом. Хильдемара, продолжая сиять восторженной улыбкой любящей и преданной жены, встала и тоже захлопала своему супругу.
– Когда я был молод, – негромко продолжил Бертран, когда гости утихли, – я познал, что такое голод. Тогда Андерит переживал тяжелые времена. Мой отец был безработным. Я видел, как от голода рыдала перед сном моя сестренка. Видел, как тайком плакал отец, которому было стыдно, что у него нет работы, потому что ему не хватало квалификации. – Он замолчал и откашлялся. – Он был гордым человеком, но это едва не сломило его дух.
Далтон рассеянно подумал, а была ли вообще у Бертрана сестра.
– Сегодня тоже есть гордые люди, люди, желающие работать, и в то же время полно работы, которую надо делать. Сейчас строится несколько правительственных зданий, а в плане еще больше. Мы ведем строительство дорог, чтобы улучшить торговлю. Еще нам предстоит построить мосты на горных перевалах. Реки дожидаются строителей, чтобы возвести пилоны для мостов на этих дорогах и перевалах.