Ради тебя

было бы к лучшему. Но у самого порога Карт помедлил, обернулся.
— А тебе в голову не приходило, что мне тоже надоесть может? — спросил негромко.
— Что надоесть? — отозвалась Тиль, таращась на смятую салфетку, на вышивку, выглядывающую из складок: красную букву «К», обвитую терновником.
— Тебя понимать.
— Ненадолго же твоего понимания хватило.
Крайт кивнул, словно соглашаясь и вышел, бесшумно прикрыв за собой дверь.
Тильда потянулась за салфеткой и замерла, разглядывая собственную руку. Чуть повернула кисть, ловя на камень обручального кольца солнечного зайчика. Крутанула ободок — кольцо, плотно на пальце сидевшее, провернулось не без труда.
Арьере вздохнула и тоже встала, тщательно расправив юбку.

Как правило, гости, дожди и зубная боль приходят, когда их меньше всего ждёшь. Конечно, не ко времени случается много вещей, но вот эта троица обладает каким-то особо пакостным чутьём на нужный — или как раз совсем не нужный? — момент. В таких ситуациях остаётся радоваться лишь тому, что они вместе не заявились.
Впрочем, как только старый дворецкий сообщил, что Тильду желает видеть отказавшийся представляться господин, зубы у Арьере немедленно заныли, затылок налился предчувствием боли, под ложечкой засосало, и за окном вроде бы потемнело. Только вот, хочешь не хочешь, а правила приличий требует быть вежливой.
Но некоторые люди могут позволить себе придерживаться каких-то других правил с приличиями.
— Вы наследница Крайтов? — осведомился посетитель, видимо решивший, что затруднять себя приветствиями дело совершенно ненужное.
Но некоторым господам вежливость и впрямь ни к чему, не идёт она им, с костюмом не сочетается. Например хлыщу, который Арьере поджидал. У него даже аристократически-бледный лоб высокородностью светился, костистый нос и чересчур резкие скулы вопили о двадцати-тридцати поколениях чистокровных предков. Нервные и, пожалуй, тонковатые губы свидетельствовали о том, что хозяин прекрасно осознаёт свою уникальность. Очень тёмные волосы, подстриженные немного выше плеч, плоёная сорочка и приталенный сюртук намекали о принадлежности мужчины к самому высшему обществу, которое, как известно, не допускает фривольности, а пренебрежение модой попросту не прощает. Ну а галстучная заколка, украшенная камнями чуть поменьше гальки, и такие же запонки прямо указывали на весьма достойное финансовое положение.
— Так это вы наследница Крайта? — повторил хлыщ, эдак иронично левую бровь приподняв.
— Возможно, — не стала спорить Тиль. — Но, насколько я знаю, воспитанные люди сначала представляются, а потом вопросы задают.
— Придётся принять ваши слова на веру и учесть на будущее. Прошу прощения, но у меня маловато опыта общения с воспитанными людьми. Да и имя моё, боюсь, вам ничего не скажет.
— Потому что вы двадцать лет просидели в тюрьме, потом бежали, нашли сокровища старинного рода и теперь вернулись, чтобы отомстить свои врагам? — предположила Арьере.
— Что, простите? — посетитель снова продемонстрировал своё умение бровями играть.
Видимо, кто-то когда-то ему сказал, что так он загадочнее выглядит.
— Ничего стоящего внимания, — призналась Тильда. — Это я вынуждена принести извинения. Утро выдалось немного нервным, вот я и… Прошу, присаживайтесь.
— Благодарю, — не стал отказываться незнакомец и действительно сел, да ещё ногу на ногу закинул, а трость, увенчанную набалдашников в форме серебряного черепа, поперёк коленей пристроил. — Вы можете называть меня Арчер, ударение на «е», с вашего позволения.
— Госпожа Арьере, — представилась Тильда. — Я действительно являюсь наследницей Берри Крайта. И если правильно понимаю, у вас ко мне дело?
— Вы на удивление догадливы, — тонко и очень, ну просто очень иронично улыбнулся гость. — Я бы хотел выкупить у вас поместье.
— Вот как? — вежливо удивилась Тиль. — Но я не собиралась его продавать.
— Вы нет, а вот ваш супруг против этого ничего не имеет. Собственно, я уже нанял земельного агента, он провёл оценку надела и, дома и всего прочего, принадлежащего Крайтам, а так же картографа, который составил план. Связался с адвокатом, чтобы уладить юридические нюансы. Получил одобрение земельной палаты на передачу участка мне в собственность. И встретился с вашим супругом, который и является настоящим владельцем всего богатства. Предложенная цена господина Арьере вполне устраивает.
— Вы тоже из колоний? — помолчав, спросила Тильда.
— А кто ещё тоже из колоний?
— Не имеет значения. Просто у вас очень деловой подход.