Что такое женское счастье? Красавец муж, дом — полная чаша, ну и любимое дело, чтобы за вышивкой не киснуть. Всё есть, только счастья как не было, так и нет. Ну и что? Стабильность — вот что в этой жизни главное. Но она исчезает и вместе с ней рушится комфортный мир, а сил выбраться из-под обломков не хватает. Но ведь обязательно найдётся тот, кто поможет! Тот, кто сделает всё ради… Ради чего? Любви, выгоды или себя самого?
Авторы: Снежинская Катерина
— Действительно, — согласился хлыщ, — значения это не имеет. Я бывал за океаном, но большую часть жизни провёл на материке. А деловой подход объясняется весьма банально — не люблю зря тратить время, его и так мало. Так что вы скажете на счёт продажи?
— А разве моё мнение нужно? Вы же уже выяснили: от него ничего не зависит.
— Не скажите, — непрошенный гость одарил Арьере очередной насмешливой улыбкой. — У меня на примете есть ещё пара-тройка участков и, в принципе, какой покупать, разницы нет. Главное, чтобы сделка прошла без хлопот и дополнительных проблем. Поэтому проще заручиться вашим согласием.
— Хорошо, я подумаю над этим предложением, — согласилась Тиль, сворачивая разговор — хлыщ ей уже успел порядком надоесть. — Оставьте свой адрес дворецкому, я свяжусь с вами, когда что-нибудь решу.
— На раздумья у вас ровно двое суток, — оповестил господин, — потом предложение теряет силу. Между прочим, у меня есть ещё одно. Не желаете скоротать лето в качестве моей любовницы?
— Простите, как вы сказали? — переспросила Арьере, на самом деле решив, что её слух подвёл.
— Лю-бов-ни-цы, — по слогам, чётко выговаривая буквы, повторил брюнет, смущаться даже и не собираясь. — Я планирую пробыть в этих краях до осени. Согласитесь, вопрос досуга здесь встаёт весьма остро. На первый взгляд вы меня полностью устраиваете: уже немолоды, но отнюдь не старуха. Хороши собой, умеете себя подать. Кажется, неглупы. Детей нет, соответственно, с незапланированными наследниками проблем не будет.
— А если в отсутствии детей виновата не я, а мой муж? — спросила Тильда.
Хотя, понятно, сказать стоило совсем другое, но уж больно разговор был нелепым, слишком на бред он походил, вот и вывезло первое пришедшее на ум.
— Ну что вы, — в какой уж раз усмехнулся хлыщ. — Господина Арьере в определённых кругах очень хорошо знают. И про его… интересы я наслышан. Поэтому уверен, с этой стороны ненужных сложностей не возникнет. Взамен предлагаю очень приличное содержание. Подарки, а скупостью я никогда не отличался, останутся при вас. Может, даже добавлю кое-что к стоимости владений Крайтов. Ну и, понятно, составлю протекцию вашему супругу.
— Где протекцию составите? — уточнила Тильда.
— При дворе, конечно. К сожалению, я вернулся совсем недавно, и знакомства в парламенте освежить не успел, многие с занимаемых постов ушли, новые лица появились. Но, поверьте, связи у меня обширные. И возможности, скажу без ложной скромности, совсем не малые. Прошу прощения за неуместную рифму. А для начала, уважая вашу естественную стыдливость, предлагаю провести выходные на побережье. Маленькая гостиница, полное отсутствие знакомых, романтичная обстановка. Что скажите?
— Пошёл вон, — отчеканила Тиль.
— Очень недальновидно, — покачал головой господин.
Но всё же встал, трость свою перехватил.
— Вы ещё смеете мне угрожать? — процедила Тильда, сжимая кулаки.
Желание залепить ему пощёчину зудело в ладонях так, словно она голой рукой пук крапивы схватила.
— Свет с вами, какие угрозы? — оскорбился хлыщ. — До подобного я ещё не опустился. Вы на самом деле рискуете упустить хорошие возможности. И, кстати, позвольте забрать назад суждение о вашем уме. Советую принять к сведенью, добродетели нынче не в цене.
— Дверь за вашей спиной, — напомнила Арьере.
— Благодарю, думаю, сумею найти выход самостоятельно.
Господин поклонился, подхватил со столика цилиндр с перчатками и удалился, кажется, полностью довольный собой. По крайней мере, Тильде послышалось, будто, выйдя за дверь, он принялся насвистывать.
Доктор даже застонала тихонько, когда, распахнув двери в сад, едва не саданула мастера Доусена створкой по лбу.
— Не стоит беспокойства, мэм, — шарахнувшийся в сторону Джерк коснулся полей своей диковинной шляпы, — моя вина. Да только вот постучаться хотел, а тут вы. Но ничего, я прыткий.
— Так или иначе, прошу прощения, — выдохнув, извинилась Арьере. Действительно, стонать с досады не слишком вежливо. Здесь уместнее смутиться, всё же ни в чём не повинного человека чуть не зашибла. — Не ожидала, что за дверью кто-то окажется. А почему с чёрного хода, а не с парадного?
— Так не положено нам с парадного, — белозубо усмехнулся Доусен. — Да и коляска там богатая стояла. Я уж подождал, когда уедет, тогда и сунулся.
— А если бы гость задержался?
Тиль всё-таки переступила порог, пошла по садовой дорожке. Приглашать колониста в дом у неё ни малейшего желания не было. Впрочем, прогуляться Арьере тоже не предлагала, вот только нахал ни в каких приглашениях не нуждался:
