Ради тебя

комнаты, пристроил бокал на животе, поверх небрежно расстёгнутого сюртука. — Берри же мечтал о наследниках. Так вот он, готовый. Родной внук. А, главное, всё равно получилось, как дядя хотел. Сошлись же вместе: я, ты, ребёнок. Пусть не надолго, но по его вышло. Забавно.
— Теперь тебе забавно?
— Не кусайся, — миролюбиво посоветовал Карт, — скандалить не собираюсь.
— Кстати, у мальчика имя есть, — на чистой инерции огрызнулась Тильда.
— Да, это тоже интересно, — кивнул Крайт, — почему ты именно его выбрала? Говорят, имена умерших детям давать не стоит. Мол, судьбу повторят или вроде того.
— Так имён не напасёшься, — проворчала Арьере и снова катнула мячик по коврику, заметив, что мальчишка смотрит на неё выжидательно.
Наверное, вот так он ни одну минуту уже глядел — исподлобья, терпеливо, — но ведь даже звука не издал, не дёрнул.
— А я думал, что танатологии и спиритисты суеверны, — Карт по своему обыкновению придерживался интересующих его тем, с изяществом быка игнорируя всё остальное. — Или ностальгия сильнее предрассудков?
— Это ревность?
— Нет, простое любопытство, — едва заметно пожал плечами Крайт, отставляя на столик бокал, так и оставшийся полупустым.
— Ну раз любопытство, тогда я и выбрала его как раз из-за суеверия. Хочу, чтобы он был похож на Грега.
— То есть безголовым, безответственным и думающим левой пяткой?
— То есть смелым, весёлым и сердечным!
— М-да, как много всё же зависит от точки зрения, — усмехнулся Карт.
— Ты что-то против имеешь? — насупилась Тиль.
— Абсолютно ничего, это твоё дело и я в него лезть не собираюсь. Честное слово, просто любопытствую. Кстати, позволишь ещё пару вопросов задать?
— Можешь попробовать, — разрешила Тильда, — но не слишком обнадёживайся.
Глухое раздражение, весь вечер тихонько подтачивающее жёлчью, начало подниматься под горло густой волной, свербило тоненьким сверлом под рёбрами.
— Пожалуй, рискну, — спокойно согласился Крайт. — Как собираешься поступить с ребёнком дальше? Ведь наверняка же ты это продумала.
— Если ты имеешь в виду наш утренний разговор, то…
— И всё же? — оборвал её Карт.
— Найду ему няню. На время и кто-нибудь из Арьергерда сгодится. Нужно ещё купить одежду, игрушки…
— Я спрашивал в более… — Крайт покрутил пальцем, — глобальном смысле. Собираешься взять его на воспитание? А, может, усыновишь? Думаю, господин Арьере придёт в восторг от такого решения. Впрочем, его можно оставить здесь, на самом деле найти няньку. Некоторые поступают даже проще. Заплати какой-нибудь крестьянке, пусть растит. Кстати, такой вариант самый дешёвый. И, между прочим, наиболее безопасный.
— Я не знаю, какая муха тебя укусила. — Поднялась Тильда не без труда, ноги после долгого стояния на коленях затекли. — Но выслушивать это не собираюсь.
— Считаешь, я не могу дать дельного совета? — по-прежнему ровно, даже с ленцой, спросил Крайт. — Возможно и так, только вот мне показалось, что ты не учитываешь некоторые нюансы. Например, вопрос… эм… легализации ребёнка, он же не щенок. Собираешься рассказать, что это внук твоего дядюшки? Разумнее не тратить силы и сразу признать: мальчик наш сын.
— Да что ты городишь?
— А мне думается, в другую версию никто и не поверит, — развёл руками Крайт. — Согласись, легче принять, что мы с тобой тайно встречались всё это время, а мальчик плод горячей любви, чем в какого-то там внука умершего старика. Хотя, возможно, я ничего не понимаю в нравах высшего общества.
— Спасибо, я обдумаю твой совет, — процедила Арьере.
— Всегда рад помочь, — холодно и очень неприятно улыбнулся Карт. Помолчал, заново раскуривая сигару. — Кстати, ко мне утром подходил Джермин. Деньги, которые Берри выделял на содержание дома, перестали поступать. Да их и не хватило бы, потому как сейчас нужно кормить не только двух стариков, но ещё нас с тобой. Ну, ты лучше меня знаешь: полуденный чай, поздний завтрак, ужин в пять блюд и…
— Что ты ему сказал?
— А что я должен был сказать? Посоветовать обратиться к тебе? Написать господину Арьере?
— Знаешь, кого ты сейчас напоминаешь, Карт?
— Неужели дядюшку Берри? — чересчур наигранно приподнял брови Крайт. Взял под донышко бокал, одним глотком допил коньяк. — А почему это тебя удивляет? Он же меня воспитывал, забыла? Родная кровь, опять же. Да и любила ты старика.
— Прекрати! — всё-таки не выдержала, почти крикнула Тильда, складки юбки в кулаках сжимая. — Прекрати сейчас же!
— Что я должен прекратить, Тиль? — ласково поинтересовался Карт. — Я всего лишь придерживаюсь очерченных тобой же границ.