Ради тебя

Тильда не стала и решила проверить медальон, высеченный из розоватой мраморной плиты. Уж больно странным он казался, нелепым даже. Конечно, Арьере тысячу раз его видела: герб не герб, но что-то сильно на него смахивающее — буква «к», обвитая терновником. Даже щит вроде гербового имелся, лишь геральдические звери отсутствовали. Вот только с чего Крайтам такое изображать, никогда они высокородными не были?
Но и эта догадка оказалась пустой — мраморная плита, намертво вмурованная в стену, даже шевелиться не желала и, видимо, предназначалась лишь для лелеяния дядиных амбиций.
Но чем дольше Арьере искала, тем больше убеждалась: тайник обязан существовать. И дело не в одном лишь отцовском архиве — она вообще ничего, что принадлежало бы Берри, не нашла. Лишь письма от Карта, которые заботливый опекун ей передать забыл. А на этом всё: ни переписки, ни дневников или личных записей — ничегошеньки! Но ведь так не бывает.
Тиль отряхнула руки, едва не по локоть в пыли испачканные — тщательной уборкой Айда себя явно не утруждала — присела на краешек стола, осмотрела изрядно разгромленный кабинет: прислонённый к камину портрет, вытащенные ящики тумб, стопки книг на полу, раскрытый секретер с вываленным языком подставки. Снова на «герб» глянула, потёрла лоб. Кажется…
Кажется, она ещё где-то такой же рисунок видела. Монограмма на белье, на салфетках или… Ну да, дождь, обрушившийся в себя камин, колбаски на углях!
Тиль соскочила, добежала до лестницы, перевесившись через перила.
— Айда, — крикнула. — Айда, да где ты?
— Тута я, чегось вам? — тоже отнюдь не шёпотом отозвалась старуха за спиной хозяйки.
Тильда едва вниз головой от испуга не нырнула.
— Ты чего кричишь? — разозлилась Арьере.
— А вы чего? — спокойно отозвалась старушка, вытирая руки о фартук. — Я-то за вами следом.
— Ладно, — отмахнулась Тиль, догадавшись, наконец, голос понизить. — Ты не знаешь, что за развалины вон там стоят?
— Да тут кругом что ни развалины, то битый кирпич, — пожала плечами Айда. — Почитай, при бабке моей господа новые дома складывать задумали, потому как старые ремонтировать никаких деньгов не хватит. Туточки ж раньше болото было, ну и в погребах вода…
— Не доезжая до Реверсов, налево, если свернуть за рощу, — нетерпеливо перебила Тильда, подвалами нисколько не интересующаяся. — Такой коттедж, из песчаника, кажется.
— А, так это Крайтов дом, — медленно, будто намеренно терпение Тиль испытывая, отозвалась старуха. — Его ещё когда поставили, и не упомнить! Поначалу-то он вдовьим домом считался, ну, чтоб мать хозяина могла в тиши обретаться. А потом старый Крайт — не дядька ваш, а евойный отец — домишко второму сынку отписал, то есть батюшке молодого хозяина. А как тот помер — не господин Карт, а папаша его — так дом-то опять к Крайтам вернулся. Стал быть, к мастеру Берри.
— Стоп! — выставила перед собой ладонь Арьере. — Ничего не поняла. Он наш?
— Не, теперь-то не ваш, — обстоятельно ответила служанка, двумя пальцами отерев уголки губ. — Старый хозяин — который не отец, а мастер Берри — его продал, да не задёшево. Тама Реверсы хотели землицы прикупить, но обалдели, как узнали, сколько Крайт-то просит. Потому…
— А короче можно?
— Куда уж короче? — обиделась старуха. — Я и говорю. Купил его мастер, не из благородных, а откуда явился, Небо тока и знает. С женой поселился, да ребёночка они народили. А тока тот, бедолага, возьми и помри, зимы не прожил. Ну, значит, этот мастер жену в охапку, картинки свои в другую — и поминай как звали.
— Какие картинки? — опешила Арьере.
— А мне почём знать? — пожала пухлыми плечами служанка. — Картинки он какие-то малевал.
— В общем, дом не наш?
— Не ваш, — согласилась Айда.
— А чей?
— Да ничей. Могёт, хозяин какой и есть, тока где он бродит, то никому не ведомо. Потому как тама призрак обретается.
— Какой призрак? Призраков не существует! — ошалело тряхнула головой Тильда.
— Тю! — насмешливо фыркнула старуха. — Сама над спиритами колдует, а туда же: не существует! Точно говорю, есть тама дух. Вот чей, не скажу. Может ребёночка помершего. А, может, девки, которая на стропилах удавилась. Правда, про то разное болтают. Кто говорит, вздёрнулась она, а кто трепет, будто зарезали его.
— Кого?
— Ну, мужика, который не девка, что удавилась.
— Так, — выдохнула Тиль. — Хорошо. Достаточно. Вели Джермину коляску заложить. Поеду и сама посмотрю.
— Так как же я велю? — удивилась Айда. — Он ж со столицы ещё не вернулся. Надавали поручений: и в скупку сходи, и письма отнеси, и это купи, а потом ж сами блажите.
— Ладно, — покорно согласилась Арьере, —