Рагу из любимого дядюшки

как я, и тоже наверняка очень голоден. Мы дружно направились на кухню — он шел, вплотную прижимаясь к моей ноге, подняв пушистый хвост, как свое маленькое черное знамя, и с живейшим интересом поглядывал по сторонам.
Увидев хозяйский холодильник, Багратион явно одобрил его размеры, но в его взгляде читалось некоторое сомнение: есть ли в этом огромном агрегате что-нибудь подходящее для уважающего себя кота? Вдруг хозяева особняка — убежденные вегетарианцы и холодильник набит только овощами и фруктами?
Я успокоила его и после непродолжительных поисков обнаружила в морозильнике несколько вакуумных упаковок с роскошными кусками сырой лососины. Поместив один такой кусок в микроволновую печь, я нашла кое-что и для себя — пакет ветчины, пачку крекеров и коробку апельсинового сока. Дав себе и коту слово следующий раз обязательно приготовить что-нибудь горячее, я вытащила из микроволновки оттаявшую лососину, положила на тарелку и поставила на пол для кота, а сама залезла в кресло с ногами, откупорила сок и принялась за крекеры с ветчиной.
Давно уже мне не было так спокойно!
Кот тихо и вежливо расправлялся с рыбой, за окном пошел снег, а в доме было тихо и тепло. Я смотрела на медленно кружащиеся на улице хлопья и совершенно ни о чем не думала.
Меня начало клонить в сон, но, прежде чем перебраться на свой диванчик, я решила все же осмотреть дом, в котором нам предстояло обитать целую неделю.
На первом этаже, кроме холла, выходившего к главному входу, и огромной кухни, которую мы с Багратионом уже осмотрели, находились еще бильярдная и кабинет хозяина — по крайней мере, я думаю, что комната, в которой стояли антикварный письменный стол, два кресла, диван и стеллаж с книгами, была, скорее всего, именно кабинетом. Поднявшись по лестнице на второй этаж, мы с котом — а он, конечно, увязался за мной — оказались в коридоре, из которого несколько дверей вели в спальни и ванные комнаты. В общем, вполне западная планировка — такую мне не раз приходилась видеть в американских фильмах. Ну что ж, поживу недельку, как в кино!
Следующие четыре дня действительно прошли, как в кино, точнее — как в раю.
Я просыпалась поздно, пила на кухне хороший кофе, кормила Багратиона, выходила на улицу, не спеша обходила вокруг дома, убирала снег с дорожки — это занимало не больше десяти минут, потом возвращалась назад, выбирала в кабинете у хозяина новый детектив и устраивалась в кресле с книжкой и стаканом апельсинового сока.
Стеллаж в кабинете оказался забит детективами в ярких обложках — и нашими, и зарубежными. Никакой деловой или научной литературы, которая дала бы возможность определить профессию хозяина, я там не нашла, кроме детективов, — только несколько самых простых руководств для пользователя персонального компьютера.
Давно мне не было так хорошо и спокойно. О том, что предшествовало нашему с Багратионом появлению в загородном доме, я старалась не думать. Так прошло четыре дня, за которые никто меня не побеспокоил, никакие соседи не заходили, только один раз зазвонил телефон, и женский голос попросил Полину Сергеевну. Я ответила, что ее нет.
— А кто тогда вы и что делаете в моем доме? — неприятно удивилась женщина, из чего я сделала вывод, что звонит мне хозяйка дома.
— Я Лена, ее племянница… — пробормотала я, как было условлено, — понимаете, Полине Сергеевне срочно нужно было уехать на неделю…
— Ах да, она же предупреждала… — протянула женщина и спросила подозрительно, все ли в доме в порядке.
Я честно ответила, что все в полном порядке, и она отключилась, не попрощавшись.
До возвращения Полины Сергеевны оставалось всего два дня, и я уже с грустью подумывала о завершении своих замечательных каникул. Физически я чувствовала себя отлично — отъелась на хороших, питательных продуктах, выспалась, надышалась свежим воздухом. Легкая физическая работа тоже пошла явно на пользу. И в голове слегка прояснилось. Я, правда, понятия не имела, куда пойду и что буду делать по возвращении. Придется, видимо, сделать над собой усилие и вернуться домой. Представляю, как меня там встретят Владимир Николаевич со своей Маргаритой. Внезапно вспыхнула злость. Что им всем от меня надо? То есть понятно что — Маргарита мечтает, чтобы я убралась из квартиры и оставила им площадь. Отчим, разумеется, тоже этого хочет, но опасается выражать свои желания вслух с такой прямотой. Он человек осторожный. Но я вовсе не собираюсь оставлять им мамину квартиру. Кроме того, что мне попросту негде жить, такая наглость не должна поощряться! Мне вовсе не все равно, что будет со мной и с Багратионом. Хорошо бы посоветоваться с каким-нибудь компетентным человеком. Но у меня нет никаких родственников и почти никаких знакомых. Последней из