Если уж не везет, так не везет катастрофически! Неприятности посыпались на Соню Голубеву, как из рога изобилия: умерла мать, Соня потеряла работу, отчим привел в дом чужую тетку… Жить не хотелось. Но тут открылось такое! Соню вызвали в больницу, там умирала ее неизвестная родственница — прабабка. Перед смертью она говорила о каких-то алмазах.
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
ужасом увидела, что Он подходит, издевательски ухмыляясь. Винтовку он отбросил в сторону и вместо нее вытащил нож с коротким широким лезвием.
Это лезвие гипнотизировало меня, как змея гипнотизирует беспомощного кролика…
— Уж ты меня извини, — проговорил бандит, — только я тебя не могу в живых оставить. Ты меня видела…
Я отступила еще на полшага и едва не рухнула с антресолей.
— Ну куда ты, куда? — тихо, насмешливо продолжал убийца. — Ведь упадешь, костей не соберешь!
На меня снова накатила истерика. Я истошно закричала и бросилась навстречу бандиту. Он невольно отступил, глаза его округлились от удивления.
Поравнявшись с ним, я пригнулась, поднырнула под руку с ножом и проскочила мимо. Бандит злобно выругался, развернулся и бросился за мной.
Я скосила глаза и увидела то, что произошло в следующую секунду.
Мой преследователь споткнулся о брошенный мною мешок, не удержал равновесия, его нога подвернулась, и он с удивленным возгласом перелетел через металлическое ограждение антресолей.
Снизу донесся глухой удар.
Я перегнулась через перила.
Бандит лежал на цементном полу рядом с трупами застреленных им противников, как сломанная кукла, — руки и ноги раскинуты в стороны, голова вывернута под таким неестественным углом, что мне сразу стало ясно — он окончательно и бесповоротно мертв.
Я без сил опустилась на металлический настил антресолей и разрыдалась.
Однако через минуту внутренний голос приказал мне собраться и взять себя в руки. Ангар полон мертвых бандитов, только что здесь гремели выстрелы… Сейчас сюда нагрянут или коллеги убитых, или милиция. Если первыми появятся менты, меня ожидают сложные и неприятные объяснения, придется рассказывать, как я здесь оказалась, но вот если первыми приедут бандиты — тогда… Лучше даже не думать о том, что меня ожидает в этом случае!
Я с трудом поднялась на ноги. Они подгибались и плохо слушались меня, но кое-как я спустилась по лестнице и дернула дверцу, через которую попала сюда… С тех пор не прошло и часа, а мне казалось, что это было так давно!
Я снова дернула дверцу и окончательно убедилась, что она заперта.
Вероятно, ее закрыл кто-то из партнеров Белого, чтобы отрезать своим противникам путь к отступлению.
Мне оставалось одно — уйти через центральную дверь ангара, а для этого я должна была пройти мимо мертвецов…
Меня передернуло от страха и отвращения, но делать было нечего, я взяла себя в руки и решительно двинулась к полуоткрытым воротам.
Проходя через середину ангара, я старалась не смотреть на мертвецов, но они невольно притягивали мой взгляд.
Тем более что я боялась споткнуться о кого-нибудь из них.
Миновав трупы незадачливых партнеров Никиты и своего недавнего преследователя, я поравнялась с контейнером, похоронившим под своими обломками истеричного блондина вместе с его двумя подручными. Прямо на моем пути лежала спортивная сумка. Я оттолкнула ее ногой, чтобы пройти мимо, и сумка раскрылась.
Она была полна денег.
Плотные банковские упаковки наполняли ее чуть ли не доверху.
Из разговора белобрысого бандита с Никитой, предшествовавшего кровавому столкновению, я могла догадаться, что находится в этой сумке, но одно дело догадываться, и совсем другое — воочию увидеть такую чертову прорву живых денег…
Мне никогда в жизни не приходилось видеть сразу столько долларов. Разве что в кино.
Я замерла в растерянности.
Пройти мимо, забыть про эти баксы, не думать больше о них… наверное, это было бы самым правильным. На них кровь, целые потоки крови! Наверняка они опасны, как целая сумка ядовитых змей. За ними будут охотиться, их будут искать дружки погибших бандитов!
Но все эти здравые рассуждения так и остались рассуждениями.
Подчиняясь бессознательному импульсу, я схватила сумку, застегнула ее и стрелой вылетела из ангара.
Минут десять я бежала, не разбирая дороги — лишь бы подальше уйти от проклятого места! Мне мерещилось, что кто-то гонится за мной, я постоянно оглядывалась и удивляюсь, как не переломала в темноте ноги и не свалилась в какую-нибудь канаву. Сумка с деньгами жгла мои руки: ночью в таком глухом районе запросто могут убить даже за жалкую десятку или за бутылку пива…
Только окончательно выдохнувшись, я остановилась. Я давно уже миновала окружавшие ангар безлюдные пустыри и оказалась в жилом квартале. Когда я пришла в себя, с изумлением убедилась, что ноги принесли меня к родному дому на Седьмой Красноармейской, где когда-то я жила с мамой и отчимом и в который не решалась вернуться после скандала с Маргаритой.
Вот в этот самый двор я выносила на прогулку Багратиона. Вон то подвальное окошко, куда каждый раз
