Расчет или страсть?

Бертрама.
Он сжал ее плечи, едва не оторвав ее от земли.
– Я могу это сделать.
– С какой это стати вам захотелось оплачивать чужие долги? – зло бросила ему Порция. – С Саймоном у нас всего лишь честная сделка. Я кое-что получаю. Он кое-что получает. Деловые отношения. Все ясно и просто.
Антракт закончился, в зале возобновилось представление, музыка становилась все громче, она звучала со всех сторон, отражаясь от стен. Пол вибрировал у них под ногами.
– И что именно он получает? – С тихой угрозой в голосе поинтересовался Хит. Он скользнул по ней взглядом, и этот взгляд говорил, что он уже составил свое мнение по этому вопросу.
Над ответом именно на этот вопрос она совсем не хотела задумываться. Особенно теперь, когда ночами она непрерывно думала о Хите, вспоминая его руки, его губы.
– Мистер Оливер ищет респектабельности, доступа в высшее общество.
– От него несет как от портового грузчика.
– Наши отношения построены на расчете. Вы и я…
– Вы и я – куда более разумное решение, чем вы и он.
Порция сдержанно улыбнулась. Ей отчаянно хотелось напомнить ему его же собственные слова: «У нас нет слова «мы»». Но вместо этого она просто сказала:
– Мы друг другу не подходим.
– Нет?
Волоски у нее на затылке встали дыбом, когда она поняла, что зашла слишком далеко, провоцируя его.
Атмосфера в комнате вдруг изменилась, воздух словно зарядился электричеством. Хит схватил ее за запястья и закинул ей руки за голову.
– Что вы делаете? – сдавленно пробормотала Порция, когда он прижался к ней всем телом.
Он смотрел на нее сверху вниз без улыбки, пристально, медленно опуская лицо к ее лицу. Порция увернулась от его губ.
Хит прищурился, губы его вытянулись в узкую полоску. Отпустив ее запястья, он резко развернул ее лицом к стене и навалился всем телом. Схватив ее за бедра обеими руками, он потянул их на себя. Она сдавленно вскрикнула от испуга, когда он ногой раздвинул ей бедра.
– Что вы… – Порция потеряла дар речи, когда руки его накрыли ее грудь. Она чувствовала его эрекцию сквозь пышные юбки.
Он ласкал ее соски, прокатывая их между пальцами, превращая их в твердые камешки. Желание растекалось по животу. Стон сорвался с ее губ. Она повернула голову и прижалась щекой к стене, не в силах пошевельнуться, не находя в себе сил противостоять его натиску.
Он опустил руки, и она не смогла сдержать стона разочарования.
И тогда она почувствовала, как он задрал ее юбки до самой талии. Он стащил с нее белье. Прохладный воздух ласкал ее обнаженную кожу. Ладонь его медленно скользила по внутренней стороне ее бедра, по ягодицам. Она застонала, когда он, нагнувшись, стал целовать, покусывая, ее ягодицы. Рука его скользнула между ногами, пальцы осторожно двинулись внутрь.
Он брал ее рукой, и она, словно обезумев, всхлипывала и стонала. Потом рука его исчезла. Крик, тревожный и требовательный, сорвался с ее губ, и его заглушила музыка, что пульсировала вокруг них. Порция прикусила нижнюю губу. Она ждала, что будет дальше, изнемогая от желания приблизить заветный миг. Ждала того, что, как думала, ей уже никогда не испытать. Истомленное желанием, тело ее горело. Она дрожала, как лист на ветру.
Сильные руки легли ей на бедра, пальцы впились в мягкую плоть, приподнимая ее так, чтобы она могла принять его целиком. Хит вошел в нее, и она закричала.
Он немного наклонил ее так, чтобы войти еще глубже. Она вцепилась в стену. Колени у нее подгибались. Если бы не его руки на ее бедрах, она бы соскользнула на пол дрожащей бесформенной массой.
Крики срывались с ее губ при каждом толчке. Хит приподнял ее еще выше. Дыхание его стало хриплым и частым.
Одна его рука соскользнула с ее бедра, и он нащупал пальцами ту крохотную почку, тот источник наслаждения, что словно молил, чтобы к нему прикоснулись, погладили, зажгли. Она, затаив дыхание, купалась в наслаждении, пока пальцы его творили чудо, быстро двигаясь по маленькому кругу. Так продолжалось, пока наслаждение не вырвалось из нее, сотрясая все тело, сжимая ее в конвульсиях, пока мир не сжался до крохотного пространства между стеной и мужчиной у нее за спиной, который вдруг стал для нее всем.
Еще несколько мощных толчков, и он замер, пульсируя внутри ее. Мгновение – и он излил в нее свое семя.
Смешанное ощущение восторга и ужаса охватило ее. В ту ночь в охотничьем домике он всякий раз выходил из нее, держал себя в узде. Но не сейчас.
Она отлепила щеку от стены и посмотрела на свои руки, распластанные по стене. Лунный свет падал на них, окрашивая в голубое.
Сильные пальцы погладили ее по затылку.
– Порция…
– Нет, – сдавленно проговорила она, презирая