Представьте себе: вы просыпаетесь в незнакомом месте. Да что там в незнакомом месте! Мир вокруг чужой и тело совсем не ваше, что может быть хуже? Только понять, что вы теперь эльфийский принц, и голос в голове — прежний хозяин тела…
Авторы: Горина Кира
спина взмокла, а ноги приготовились бежать, хотя я слабо представляла, как от каррадов можно убежать.
Эреил сочувственно похлопал меня по плечу, подошёл к своему карраду и тихо зашептал ему что-то. Животное успокоилось, перестало смотреть на меня. Остальные дроу последовали примеру мечника. Я вздохнула спокойнее, подошла ближе к светлым эльфам, стоящим немного в стороне. Им тоже придётся поймать охорсисов, как и мне. Что же за звери такие?
— Это будет позор, — прошипел Даелирр.
Оказывается я попала в круг концентрированной злости, аурой накрывшей светлых эльфов.
— Они просто издеваются, — Румер сжал рукоять меча.
— Ненавижу тёмных, — Амефел обвёл взглядом спины дроу. — Мы опозоримся на всю Хаору, приехав на этих слюнявых…
Эладар сморщил нос и перебил товарища:
— Даже думать не хочу. Дроу потом тысячелетиями будут гонять по кругу байку про светлых эльфов и охорсисов. Так, значит, они встречают гостей. Не повозка с каррадами, а свиньи.
Навострила уши. Свиньи?! Это как? Если я правильно поняла, речь идёт именно о нашем будущем транспорте — охорсисах. Почему свиньи? Вероятно они отдалённо напоминают хрюшек. Остаётся вопрос по поводу слюней. Хм, интересненько.
— Ваше Высочество, вы же не позволите этим… тёмным так оскорбить себя! — Румер покраснел то ли от гнева, то ли от стеснения, явно представив сцену эпичного прибытия в столицу Ночных Пустынь.
— Посмотрим по обстоятельствам, — мурлыкнула, шагая в портал, вспыхнувший особенно ярко.
__________
Жаты[2] — зелёные болотные слизни, испускающие ядовитые пары с примесью аммиака.
Охорсис[3] — травоядное непарнокопытное животное с четырьмя лапами, толстым телом, покрытым серо-коричневым панцирем, и коротким хоботом. Обитает в Серой Степи и на приграничье Ночных Пустынь. Одиночки. При нападении вырабатывает склизкий секрет, вытекающий между пластин, делающий их скользкими
Глава 8. О Ночных Пустынях и их фауне
В Пустынях, как ни странно, стояла ночь. Я поняла это спустя полчаса, придя в себя на стылом остром песке. После перемещения мутило, перед глазами вспыхивала кровавая пелена, общие ощущения походили на сеанс в стиральной машине. Задрав голову, я стиснула зубы и подставила лицо потокам ветра, стало намного легче.
Небо затягивали устрашающие тучи. Они клубились, кучкавались, бились друг о друга, гонимые злым ветром, сыпали редкими тяжёлыми каплями и угрожали перерасти в бурю.
Мелкие песчинки быстро обосновались под одеждой, сменяя друг друга и растирая непривыкшую к подобному кожу. Как хорошо, что мы переоделись в форте, и смена климата доставила минимум дискомфорта. Мягкие сапоги утопали в барханах по щиколотку. Я понимала, что пешком далеко не уйду.
Рядом сопели светлые эльфы, с трудом передвигаясь за каррадами, словно плывущими по песчаному морю. Я уже взмокла, несмотря на ледяной ветер, выбилась из сил. Дроу словно брали нас на износ.
— Всё, я больше ноги топтать не собираюсь, — крикнула, пытаясь заглушить гул ветра, и уселась на песок.
— Вам необходимо поймать охорсисов, иначе до Хаоры не добраться, — Фираэр обернулся, натянул поводья. Его каррад взмахнул головой и остановился.
— Ну так найдите их и гоните сюда. Каррады хищники или как? — повелительно взмахнула рукой.
Монрэмир хмыкнул, подстегнул Сату и скрылся из вида. Эльфы попадали на песок вокруг меня.
— Фу-у-ух, — Асахар утёр блестящий от пота лоб.
— Ваше Высочество вас бережет, — с умным видом произнесла я.
— Благодарим, Ваше Высочество, — хором отозвались остроухие.
Улыбнулась. До чего же приятной оказалась любовь подданных. Правильно говорят: король — слуга своего народа. К принцам, кстати, это тоже относится. И меня хорошо согревала благодарность уставших эльфов.
Через пару минут мы услышали гул. Совсем не похожий на ветреной. Пески дрожали, будто стадо бизонов неслось на…
— Рассеялись! — я подскочила, и притаилась у крутого склона бархана, скручивая из верёвки лассо.
Эльфы действовали слаженно, будто всю жизнь занимались ловлей охорсисов. Я ожидала чего угодно, но когда мимо меня потрусило стадо толстеньких свиноподобных существ в броне и с коротким хоботком вместо носа, свалилась от хохота. Эльфы бегали, гикали, закидывали верёвки, а я плакала от смеха и похрюкивала, сползая на песок.
Пыль улеглась. Светлые боролись с пойманными охорсисами, старались удержать зверей, покрывшихся вдруг слизью — пропустила этот момент. Они оскальзывались на песке, сражались с сёдлами. Я села, вытирая щёки, коротко всхлипнула. Надо мной недоуменно хрюкнули. Подняла голову, на обозрение предстали круглые щеки, хобот,
